Испытание возбуждением. Политические итоги 2021 года
Новый проспект
Мнения

Испытание возбуждением. Политические итоги 2021 года

Прочитано: 235

Фото: Иван Водопьянов / Коммерсантъ

Уходящий год, наверное, немногие вспомнят добрым словом, хотя, конечно, найдутся и такие. Никуда не исчезнувшая пандемия коронавируса, выстрелившего двумя новыми штаммами, сначала дельтой, а потом омикроном, сыграла основную партию, обернувшись в итоге ощутимым расслоением общества.

Надежды власти на сознательность россиян не оправдались. Несмотря на то что весной сам Владимир Путин все-таки объявил о том, что привился, его пример не стал заразительным. Кажется, это явилось для власти неприятным открытием после той дисциплинированности, которую годом раньше страна показала при голосовании за обновления в Конституцию.

Ощущение тупика переросло в отчаяние и у правительства, и у граждан; когда осенью власти всё же анонсировали, явно в качестве последней меры, введение режима QR-кодов для общественных мест и транспорта. Недовольство выплеснулось наружу. Дело, конечно, скорее в общей усталости от бесконечных ограничений и требований, но тем не менее. Сопротивление оказалось настолько ощутимым, что показалось власти угрозой. Один из скандальных законопроектов с рассмотрения в итоге сняли после сигнала президента, а второй затянули насколько возможно. Однако же эта история лишь заморожена, и неизвестно, насколько оправдается расчет на то, что к весне все смирятся с неизбежным.

Начинался год, впрочем, с совсем другого громкого события — суда над едва вернувшимся с лечения в Германии Алексеем Навальным. Обвинения, которые оппозиционер бросал в лицо Кремлю из-за рубежа, привели власть в бешенство. Суд оказался коротким, а приговор — жестким. Навальный получил 3,5 года лишения свободы, которые начал отбывать в колонии, славящейся иезуитскими издевательствами над заключенными.

Власть все-таки поместила в заточение своего главного противника. Если у оппозиции был какой-то план на этот счет, то он, очевидно, не сбылся. И если с точки зрения либерально настроенной части общества власть тем самым окончательно доказала свою нравственную низость, то сама власть ни разу не выразила какой-либо рефлексии и, похоже, считает, что совершила абсолютно прагматичный и верный поступок.

Оппозицию методично принялись громить. Соратники Навального получали уголовные и административные дела одно за другим, и многие из них бежали за границу. Связанные с ним структуры объявили сразу и экстремистскими, и нежелательными, и иностранными агентами; сверху для верности всё это придавили категорическим запретом на участие в выборах. Несогласные ничего не смогли противопоставить этому, январские митинги в поддержку Навального были безжалостно разогнаны. Даже простое сомнение в правильности действий Кремля стало опасным для публичного политика.

Точно так же оказались развоплощены организации, связанные с Михаилом Ходорковским, а экс-лидер «Открытой России» Андрей Пивоваров уже более полугода пребывает в СИЗО за репосты в соцсетях. Его дело не движется, и складывается впечатление, что он, как и петербургский депутат Максим Резник, как бы выставлен в качестве символического пугала на кремлевской стене для всех, кто еще не убедился, что теперь в стране можно, а чего нельзя.

Дезориентированная оппозиция не смогла ничего показать на выборах в сентябре, они завершились к полному удовольствию власти. В Госдуму впервые за несколько созывов провели новую партию — «Новые люди», однако новизна здесь пока что ограничилась названием. Комичный скандал с ветераном КПРФ Валерием Рашкиным, пристрелившим лося на незаконной охоте, — пожалуй, всё, что в 2021 году произошло примечательного на все партии парламентского меньшинства вместе взятые.

Раз Навального нет, то всё позволено, решила власть. Одновременно с его посадкой Кремль закрыл и вопрос с «путинским» дворцом в Геленджике, предъявив публике Аркадия Ротенберга, который назвался хозяином дворца. Власть оправилась от краткого смятения и так же методично принялась за СМИ: издания одно за другим начали признавать иноагентами, начав со знаковой «Медузы», затем в реестр стали включать уже и самих журналистов как физических лиц. Под каток попадали и НКО, даже такие как «Мемориал», который под конец года вовсе постановили ликвидировать.

Написанный аршинными буквами, как положено по закону, дисклеймер о принадлежности к касте отверженных заполонил соцсети и стал привычной частью медийного ландшафта, как и постепенное бегство журналистов: под конец года билет в один конец приобрел и Андрей Захаров, автор текста о предполагаемой третьей дочери Владимира Путина. Он принял решение после того, как заметил за собой слежку. На традиционной большой пресс-конференции Путина уже никто не задавал ему лишних вопросов по следам каких-то расследований.

Со стороны Запада последовали новые санкции, но российские власти это только распаляло еще больше. К политическим оппонентам они относились как будто к заложникам и на каждую доносящуюся из-за рубежа эмоцию реагировали новой серией репрессий.

Зато стали стремительно сближаться с Белоруссией, оказавшейся в похожем положении. Александр Лукашенко, принудительно посадив в Минске пассажирский лайнер, на котором «вдруг» оказался белорусский блогер Роман Протасевич, тут же арестованный, тоже спровоцировал санкционную атаку на свой режим. Товарищи по несчастью немедленно кинулись в еще более тесные объятия и даже подписали пакет дорожных карт по интеграции — больше символически, правда, но всё же Лукашенко начал на словах признавать российскую принадлежность Крыма и присоединился к антиукраинской риторике.

Кризис с ближневосточными мигрантами, который Минск в ответ на санкции организовал на границах с Польшей и Литвой, по касательной задел и Россию: именно Путина европейцы пытались упросить повлиять на белорусского коллегу. Как выяснилось, Союзное государство означает еще и разделять ответственность за действия союзника.

Одновременно Кремль принялся за сборку конструкции под названием «публичная власть», анонсированной в поправках к Конституции. Несколько законопроектов, одобренных в минувшем году, переформатировали систему «вертикали», ставя губернаторов в еще бо́льшую зависимость от президентской администрации, а местное самоуправление фактически подчиняя исполнительной власти. Задуманная ликвидация сельсоветов (окончательно процесс завершится уже в 2022 году) оставит оппозицию без шансов на успех даже на этом уровне. «Публичная власть», по сути, становится обозначением тотальной власти верховного лидера.

Экстремальное нагревание и без того испорченных отношений с Западом к концу года привело к выбросу энергии. Американские и европейские политики и медиа с одной стороны и российские с другой организовали самое мощное за последние 5 лет обострение вокруг Донбасса. Обе стороны принялись стягивать в район конфликта войска, обвиняя оппонента в подготовке вторжения. Кремль выкатил Западу фактически ультиматум, потребовав гарантированного отказа от принятия Украины в НАТО и проведения любой политики в странах ближнего для России зарубежья, прозрачно намекая на возможность войны, на что получил вполне предсказуемые несогласие и ответные угрозы.

Разгром внутренней оппозиции и предельно четко артикулированная ненависть к Западу стали двумя главными политическими итогами 2021 года. Кремль беспощадно ампутировал всякие возможности для организации системного сопротивления и продемонстрировал, что альтернативное мнение для него больше не значит вообще ничего.

Тридцатилетний юбилей распада СССР оказался на этом фоне весьма подходящим событием для усиления идеологического давления. Множество телепрограмм и публичных выступлений политиков, начиная с Путина, зафиксировали: краткая эпоха партнерства с Западом должна быть забыта; она не принесла ничего, кроме откровенного вреда. Симптоматично, что сейчас в Госдуму внесен законопроект о внесении дня распада СССР в реестр памятных дат России.

Внутренняя политика приведена к общему знаменателю даже в частностях. Так, в Петербурге был показательно деклассирован уже бывший спикер Законодательного собрания и секретарь городского отделения «Единой России» Вячеслав Макаров. Он был предельно лоялен, но всё же пытался играть в самостоятельность и просто-напросто выбивался из шеренги. Макарова укоротили, загнав в Госдуму на общих основаниях.

Противостояние подведено к пику, но никто не может сказать, что это действительно уже пик. Предъявленный ультиматум по поводу Украины продолжает маячить и ждет ответа. Возможности для наступательных шагов у Запада еще есть. Например, в последний момент политикам всё же удалось торпедировать многообещающий проект «Северного потока — 2» минимум на полгода. Смена канцлера в Германии, по-видимому, сделала это возможным. Ангела Меркель защищала проект несмотря ни на что, но ее преемник Олаф Шольц еще не настолько авторитетен. В ответ Россия демонстративно перестала закачивать газ в трубопровод «Ямал — Европа».

А непрекращающиеся судебные штрафы в отношении зарубежных IT-гигантов подводят нас к ожиданию окончательного решения вопроса в наступающем году. Уже скорее удивляет, что Facebook, YouTube и иже с ними всё еще работают в России, а не заблокированы.

Приближение 2024 года задает тревожные параметры ожидания. Подготовка к очередным президентским выборам для Кремля становится вопросом едва ли не физического выживания. Уже появились первые утечки о том, что Владимир Путин пока рассматривается как единственно возможный кандидат, и это выглядит единственно логичным шагом. В США уже предлагают заранее не признавать результаты выборов в таком случае.

Ухудшение социально-экономического самочувствия россиян в каком-то смысле властям на руку: озабоченные ростом цен граждане думают больше о еде, чем о политике. С другой стороны, предел дальнейшего падения неизвестен. Сильная инфляция, усталость от антикоронавирусных мер, нагнетание внешнеполитических угроз — всё это способно привести общество просто-напросто в состояние перевозбуждения. Выход оно может увидеть в чем угодно: может быть, в войне, может быть, в погромах инакомыслящих — всё зависит от того, кого оно сочтет виновным в своих бедах.

Кремль и дальше будет стараться переключить недовольство на внешних врагов, а значит потребует от россиян еще больше дисциплины и лояльности. Однако, как показала практика сопротивления «антиваксеров», люди чувствуют предел вторжения в свою жизнь и способны на партизанщину. Стремление власти к тотальному контролю над всеми сферами общественной жизни создает новые точки протеста где угодно. Мы уже видели, как стихийные экологи заставляли власть отступать, а сейчас вот, к примеру, футбольные фанаты взбунтовались против введения обязательных Fan-ID и оформилось возмущение пытками в местах лишения свободы.

С «народным» же протестом, который государство считает как бы более «честным», оно справляется не так хорошо, как с протестом организованным. Все традиционные его враги разбиты, и что дальше? Дальнейшие репрессии уже могут начать затрагивать ранее нейтральное большинство — главную опору режима, с которой он явно не хочет расставаться. 2022 год имеет все шансы стать годом серьезных стресс-тестов как для власти, так и для граждан.


Политика итоги года Михаил Шевчук
Другие статьи автора Читайте также по теме
Россию обвиняют в «геноциде украинского народа». Обвинение с точки зрения самой России малопонятное. Речь, кажется, идет скорее о культурно-политическом аспекте, чем о буквальном, но серьезные термины теряют смысл, когда ими начинают разбрасываться и манипулировать.
Вопрос отношений Российской Федерации и Китайской Народной Республики занимает не последнее место в титульном списке актуальных проблем мировой геополитики. Обзор мнений, циркулирующих в мировой прессе, подготовил для «Нового проспекта» Дмитрий Наварра.
Некоторые западные СМИ утверждают, что уже 9 мая — прямо на параде Победы — Владимир Путин может объявить о мобилизации в стране. Российские чиновники эти предположения опровергают. Но, как говорил Жванецкий, народ умеет читать между строк и «на всякий случай одевается в белое». О том, кто может оказаться на театре военных действий, размышляет художник Сергей Ёлкин* (признан СМИ — иностранным агентом).

Вице-премьер Хуснуллин приехал в Херсон и предсказал вхождение региона в состав РФ
17.05.2022
Госдума рассмотрит предложение правительства выйти из ВТО и ВОЗ
17.05.2022
Финляндия отказалась от оплаты российского газа в рублях
17.05.2022
В Петербурге отменили спектакль с участием «Би-2». Это четвертая отмена их выступления после отказа играть играть на фоне баннера «Zа президента»
17.05.2022
СМИ: В Кремле решили создать детское движение в столетие пионерии
17.05.2022
Парламент Финляндии одобрил подачу заявки на вступление страны в НАТО
17.05.2022
Три топ-менеджера Сбербанка синхронно заявили о своей отставке
17.05.2022
В российском МИДе заявили о приостановке мирных переговоров c Украиной
17.05.2022
Delivery Club организовал велопатрульные отряды в Санкт-Петербурге
17.05.2022
США сообщили об успешном испытании гиперзвуковой ракеты
17.05.2022
Володин поддержал идею Вассермана запретить обмен защитников «Азовстали» на российских пленных
17.05.2022
Песков расхвалил начальника и заявил что Путин знает, куда ведет страну
17.05.2022
Суд отложил рассмотрение жалобы Навального на приговор по его просьбе
17.05.2022
Курский губернатор сообщил об обстреле приграничного села
17.05.2022
Тихвинский вагоностроительный завод впервые в своей истории ушел в двухнедельный простой
17.05.2022
В России после начала спецоперации подорожали унитазы на 20-70%
17.05.2022
Летом в Крыму треть гостиниц может остаться закрытой
17.05.2022
Водэн
VEREN
RBI
Строительный трест
InveStoreClub
РосСтройИнвест
РКС
Решение
Прайм Эдвайс
Питер
Петрополь
Петромир
Pen&Paper
Neva Coffee
Первая мебельная
Пепелаев
RRT
Colliers
Ильюшихин
Илоранта
Календарь событий

Метки