Вынужденное доверие российскому суду

Как будут наследовать имущество дети россиян, находящихся под санкциями? В чем заключаются риски и преимущества наследственных фондов? Эти и другие вопросы обсудили ведущие консультанты сферы private wealth в редакции «Нового проспекта». Сегодня мы публикуем полный отчет и фоторепортаж с этого мероприятия.

Состоятельные люди, для которых владение счетами в швейцарских банках становится все менее комфортным, активно изучают новые российские правовые инструменты защиты семейных капиталов. Первый круглый стол «Нового проспекта» в формате экспертного чаепития был посвящен семейному и наследственному праву. Адвокаты Ксения Иванова из «Ивановы и партнеры» и Ирина Иванова из Международной коллегии адвокатов, которые обычно видят друг друга в суде на бракоразводных процессах бизнесменов, встретились за утренним кофе в редакции «НП» с руководителем международных проектов «Прайм Эдвайс» Константином Зиятдиновым и региональным директором классического мультифэмили-офиса General Invest Максимом Нозиным, чтобы обсудить последние тенденции своего рынка. К ним присоединилась старший юрист «Дювернуа Лигал» Анна Сенаторова.

Начал дискуссию Константин Зиятдинов, который рассказал о настроениях своих клиентов петербургских бизнесменов, которые до недавнего времени хранили свои сбережения в офшорах. По его словам, все они сейчас встали перед дилеммой: или совсем рвать с родиной, или больше доверять российским правовым институтам (полный текст доклада Константина  по ссылке). Причем к этому их подталкивает не столько активность российских властей, сколько растущая финансовая прозрачность во всем мире: за каждый миллион евро надо отчитываться перед самыми неудобными собеседниками.

«Для иностранных финансовых институтов и контрагентов клиенты с непонятным происхождением капиталов и средств стали, как это сейчас модно говорить, токсичными».

Российские власти не остались безучастными к этому тренду и предложили налоговую амнистию капитала (она закончится уже в феврале 2019 года) и более удобные, чем ранее, правовые инструменты для распоряжения капиталами. Именно их отсутствие в российском праве (а не только желание скрыть богатства от налоговой) чаще всего вынуждало россиян выбирать офшорные юрисдикции.

Анализу этих инструментов, относящихся в первую очередь к семейному и наследственному праву (в силу того, что самое сложное с личными активами это их поделить с бывшей женой или передать наследникам), посвятила свой доклад Анна Сенаторова из «Дювернуа Лигал». По ее словам (полностью текст можно прочитать здесь), новые возможности по заключению брачных договоров обусловлены бумом кредитования в России и связанными с этим рисками банкротства супругов-заемщиков. Это как раз экономические факторы, которые дали толчок для развития данного правового института.

Что касается нового инструмента наследственного права — наследственных фондов, Анна нашла в них много рискованных моментов. Но признала, что за ними будущее, и наследодатели рано или поздно начнут к ним обращаться. 

И тут слово взяла Ксения Иванова, партнер КА «Ивановы и партнеры», которая объявила, что за этот год сформировала уже два наследственных фонда:

«В прошлом году мы обсуждали этот инструмент только в теории, еще не зная, как он будет применяться на практике. Теперь могу сказать, что мы попробовали».

О том, как это у нее получилось, а также о том, как будут наследовать имущество дети россиян, находящихся под санкциями ЕС и США, можно почитать по ссылке.

Затем слово взяла Ирина Иванова, адвокат Международной коллегии адвокатов. Она рассказала много интересных историй из практики (в том числе одну о том, как владелец особняка на Невском проспекте переписал в целях экономии здание на своего шофера, а тот разбился на мотоцикле, и пришлось долго воевать с его родственниками в судах — дело закончилось мировым соглашением).

Завершил дискуссию Максим Нозин, региональный директор международного мультифэмили-офиса General Invest, который подтвердил высказанные тезисы о желании клиентов придать прозрачность своим капиталам, чтобы в итоге было, что передать своим наследникам. И многие сталкиваются с невозможностью подложить документ под каждый миллион:

«Большинство встает перед фактом, что многих документов... не хватает: что-то потерялось, что-то не сохранилось. А банки легко запрашивают информацию и 20-30-летней давности». 

О том, как юристы решают эти проблемы, можно прочитать по ссылке.