Пора нам всем договориться
Марина Горлачева
Аватар пользователя Читатель
19.11.2018

Партнер CLC Марина Горлачева  на первой практической правовой конференции для бизнеса «Банкротство-2018».

Мне хочется поделиться с вами соображениями насчет формирования правоприменительной практики по банкротным статьям Уголовного кодекса.

Во-первых, хочу сказать тем командам, которые защищают бенефициаров и выглядят недобросовестными: в нашем регионе они могут спать чуть спокойней. Потому что анализ практики по уголовным делам из других регионов несопоставим с нашим.

Мы три года ждем, что проект постановления пленума о криминальных банкротствах, который в свое время был раскритикован как учеными, так и практиками, все-таки будет доработан и воплощен в жизнь. Рынку нужны разъяснения, как работать с банкротными уголовными составами. Или надо наоборот вообще исключить эти статьи из Уголовного кодекса, по крайней мере некоторые из них, и перестать морочить голову всем участникам банкротных процессов. И идти старыми, добрыми, хорошо отработанными статьями, связанными с хищением собственности. 

Поговорим о 196 статье — преднамеренное банкротство. Чем нам, из арбитражного суда, это интересно? Нам интересно тогда, когда заявителем может выступить не только арбитражный управляющий, но и кредитор. Например, если управляющий делает заключение, что признаков преднамеренного банкротства нет, а кредиторам кажется, что признаки есть.

Существует проблема со статусом потерпевших в деле. В статьях, связанных с собственностью, потерпевший обычно является юридическим лицом, которое управляется всевозможными представителями: директором и остальными всевозможными бенефициарами. Заявления от кредиторов по 196 статье можно формировать и направлять в следственные органы, преодолевая позицию бенефициаров и управляющих, если они представляют собственника.

Расскажу вам о недавнем очень нашумевшем деле, об одной инвестиционной компании — «Энергокапитал». 300 с лишним потерпевших, и я даже вижу в этом зале юристов, которые представляют кредиторов по этому делу.

Там полторы сотни довольно состоятельных людей, которые оказались в качестве кредиторов в банкротном процессе и потерпевшими в уголовном деле. Когда управляющий, являвшийся представителем Центрального банка, заявил о том, что нет признаков преднамеренного банкротства, был просто скандал. Но мы, хотя и на противоположной стороне, и представляем кредиторов, вынуждены были согласиться. Там действительно нет формальных признаков преднамеренного банкротства. Там три года вместо инвестиционной компании была нормальная финансовая пирамида. 

Есть три категории кредиторов. Первые — фактически давали деньги в заем. Какие у них отношения с этим юридическим лицом? Обязательственные. В «Энергокапитале» был депозитарий, и там часть кредиторов просто хранила свои ценные бумаги, при этом не давая никаких поручений или распоряжений относительно этих бумаг. И третья категория — это те, кто передал эти бумаги в управление. Они считали себя собственниками этих ценных бумаг, но фактически это вверение в доверительное управление руководителям и брокерам «Энергокапитала».

Арбитражный управляющий очень твердым голосом сказала кредиторам, что дело уже возбуждено по 159 статье Уголовного кодекса, идите и подавайте эти заявления. 300 с лишним потерпевших, и у каждого свое приключение, пачки бумаг и странное оформление.

Есть простая кража — статья 158. Может, эти ценные бумаги были незаконно проданы или тайно похищены? Речь должна идти о мошенничестве. Но тогда потерпевший кто? Собственник. Значит, в результате мошеннических действий собственность утратили кредиторы, которые просто передали бумаги на хранение. Они и потерпевшие. А там, где были заемные средства, там потерпевший, скорее, само юридическое лицо. Эти дела тяжелые еще потому, что необходимо также выяснить, откуда у кредиторов такие деньги.

Банкротные статьи для КДЛ-ов, то есть контролирующих должника лиц, не годятся. Они должны идти по составам хищения собственности. КДЛ выстраивают прекрасные оборонительные сооружения, у них всегда хорошие адвокаты, потому что у них есть деньги. В чем проблема нашего региона? У нас пока нет единых подходов к пониманию комплексных процессов у тех судейских составов, которые слушают дела о банкротстве.

Напомню нашим гостям, как сейчас проходят слушания банкротных дел. На последнем моем заседании, на котором я присутствовала, было четко сказано, что мне дается пять минут. Пять минут, и слова меня лишат. Я подумала, может мне просто встать, поприветствовать уважаемый суд и больше не занимать его время?

Когда я смотрю на аншлаг, я понимаю, что у них дел больше, чем у нашей всей вместе взятой организации, а она у нас немаленькая. Как же судья может запомнить все доказательства, все правовые позиции по всем делам? Это нечеловеческая нагрузка, и требовать здесь высокого качества, в том числе и от судей, которые слушают дела о банкротстве, очень сложно.

К кому направить этот упрек? К тем, кто формирует судейский корпус? Надо увеличивать количество судей? Нам почему-то кажется, что упрек идет работникам правоохранительных органов.

Единые подходы позволили бы нам значительно уменьшить нагрузку как на правоохранительные органы, так и на судей арбитражного суда.

Потому что идет четкая манипуляция. Не так много юридических команд, которые могут сопровождать комплексно и одновременно как по уголовным, так и по арбитражным делам. И, конечно, если мы все соберемся и договоримся между собой — научные работники, практики, правоохранители и судьи — и устраним между собой разночтения, то работы и гонораров у этих команд поубавится. Мы с вами перестанем столько зарабатывать на банкротствах. Но зато начнем зарабатывать на инвестиционных проектах, потому что бардак в судах инвестклимату сильно вредит.

____________________________________________________________________________________

Другие спикеры конференции «Банкротство-2018»:

Наталья Шатихина, доцент СПбГУ, управляющий партнер CLC, сомодератор конференции

Вадим Яловицкий, советник Pen&Paper

Иван Яковенко, арбитражный управляющий

Владимир Полуянов, партнер «Апелляционного центра»

Руслан Мухамметшин, руководитель департамента консалтинга и оценки «Прайм Эдвайс»

Ольга Береза, старший юрист «Григорьев и партнеры»

Антон Киселев, директор департамента проблемных активов СЗБ Сбербанка России

Алексей Дендеберов, начальник 6 отдела следственной части по расследованию организованной преступной деятельности ГСУ ГУ МВД по СПб и ЛО

Сергей Высоцких, адвокат «S&K Вертикаль»