Оторвались с руками. О чем говорят события в газете «Коммерсантъ»
Новый проспект
Мнения

Оторвались с руками. О чем говорят события в газете «Коммерсантъ»

Прочитано: 569
Оторвались с руками. О чем говорят события в газете «Коммерсантъ»


Официально говорят, что авторы нарушили некие «журналистские стандарты», но это совершенно точно наспех выдуманная версия, потому что оба автора работали в «Коммерсанте» 10 и более лет, и про стандарты знают все. Тем более о стандартах знают все редакторы, которые этот текст выпускали. Вряд ли руководство газеты предполагало такие шумные и резкие последствия как массовое увольнение. Но в общем и целом оно должно было ожидать чего-то подобного, хотя бы потому, что массовое увольнение в российских редакциях в последние годы, к сожалению, привычное дело. Так было в Ленте.Ру, в РБК, да много где еще.

Журналисту всегда довольно сложно писать о событиях непосредственно из журналистского цеха; не получается быть отстраненным, как положено по тем самым стандартам. Но иногда приходится это делать, и тогда вскрываются довольно унизительные вещи, о которых журналисты предпочитают не говорить, хотя это, в общем, не большой секрет. Например, с точки зрения развития СМИ (если мы рассматриваем его как бизнес) нет особой разницы между плохим и хорошим текстом. Плохой в каком-то смысле даже лучше, потому что делается быстрее и дешевле. Отличить плохое от хорошего может абсолютное меньшинство профессионалов. Большинство же читателей, слушателей  или зрителей этой разницы не замечает. Объяснить, чем отличаются качественный и  некачественне новостные порталы, практически невозможно — все они для обывателя проходят по разряду «в интернете написано».

Большинство людей читает интернет примерно так же, как когда-то привыкли смотреть телевизор.

То есть по принципу «что показывают, то и читаем». Так что совершенно неважно, что именно написано в тексте, если главная задача — чтобы пользователь открыл текст и увидел рекламные блоки — уже выполнена.

Чтобы было понятнее, нужно сравнить тексты с продуктами, например, питания. Плохие сосиски хуже, чем хорошие, но если и те, и другие в принципе можно есть, то разница неощутима. Питаться плохими продуктами тоже можно, особенно, если не знать, что они плохие. Ведь от них не умирают (разве что очень редко) — просто они, может быть, не так полезны. А если нет разницы, зачем платить больше?

В магазине мы хотя бы может судить о качестве по цене. В ситуации, когда практически все СМИ — бесплатны, такого механизма оценки нет. Не работает рыночный принцип «голосования рублем». Кстати, и многие журналисты, когда понимают это, сами снижают требования к себе. Мало кто, как бывший отдел политики «Коммерсанта», находит в себе силы пытаться продолжать делать качественный продукт, который мало кому нужен.

Из «Коммерсанта» уходит целый отдел профессионалов, но как и во всех предшествовавших случаях, массовый потребитель это вряд ли заметит. Если в случае с едой мы все же можем получить реальные, данные нам в ощущениях, последствия в виде какой-нибудь язвы желудка, и поэтому все-таки стараемся хоть немного изучать состав или хотя бы не подбирать еду из грязи, то в случае с информацией все гораздо сложнее. Мозг у человека вроде бы тоже один, как и желудок, но туда, в мозг, принято тащить буквально все, что под руку подвернется, не интересуясь происхождением и изготовителем.

Ведь почувствовать оглупление гораздо сложнее, чем язву желудка.


Массовое увольнение — удар по свободе слова. Свободу слова обычно понимают как свободу журналистов писать все, что им заблагорассудится, но это принципиальная ошибка. Свобода слова — это свобода людей получать информацию. Журналисты лишь посредники в этом процессе, чья основная функция — верифицировать и систематизировать информацию, не допускать манипуляций. За это они отвечают репутацией. Без верификации информация превращается в бессмысленный поток, который не позволяет читателю составить достоверную картину событий, хотя и создает такую иллюзию.

Безусловно, газета «Коммерсантъ» наберет новый отдел политики. Но мы уже не сможем быть уверены в качестве фильтрации передаваемой читателю информации. Уволившиеся и уволенные журналисты тоже наверняка где-то найдут работу, хотя и не факт, но журналистам и читателям уже будет трудно снова отыскать друг друга. На первый взгляд, удивительно, что для издателя сегодня издержки репутационного ущерба и снижения  качества продукта оказываются не такими важными и весомыми как издержки ухудшения отношений с властью. Впрочем, как уже говорилось, для издателя это сегодня действительно попросту не важно.

Фото: Анатолий Жданов/Коммерсантъ

Коммерсантъ Иван Сафронов Максим Иванов увольнение отдел политики журналисты
Другие статьи автора Читайте также по теме
Опрос сервиса «Работа.ру» показал, что больше всего россияне доверяют ученым.
23.02.2024
Ивана Сафронова, бывшего советника главы «Роскосмоса» и журналиста «Коммерсанта» и «Ведомостей», приговорили к 22 годам строгого режима за государственную измену. Так власть подвела черту под журналистикой предыдущей эпохи.
Рано утром 18 марта силовики пришли сразу по нескольким адресам в Пскове, которые связаны с членами местного отделения партии «Яблоко» и независимыми журналистами.

18.03.2022

Водэн
VEREN
RBI
Строительный трест
InveStoreClub
РосСтройИнвест
РКС
Решение
Прайм Эдвайс
Питер
Петрополь
Петромир
Pen&Paper
Neva Coffee
Первая мебельная
Пепелаев
RRT
Colliers
Ильюшихин
Илоранта
Календарь событий

Метки