Илья Иванов: «Государство не видит частные клиники, но у людей всё по-другому»

03 Июня 2024

Управляющий партнер Медицинской инвестиционной группы Илья Иванов рассказал, почему частная медицина сегодня чувствует себя одним из братьев-близнецов, о котором забыли родители, почему этот сектор больше относится к Минэкономразвития, чем к Минздраву, и как можно сделать частную медицину частью общей госсистемы.

Частное здравоохранение может взаимодействовать с государством в четырех главных аспектах: сама медицинская деятельность, кадры, а также цифровые сервисы и деньги.

На федеральном уровне это взаимодействие хромает по всем фронтам. Минздрав частные клиники вообще не видит — сбор статистических форм с них почти не ведется. И если говорить о том, какая структура может нас курировать, то это скорее Минэкономразвития, а не Минздрав, поскольку федеральный центр относится к нам скорее как бизнесу, а не как к части системы здравоохранения. И предпосылок к изменению отношения я пока не вижу, хотя с прошлого года в стране начали работать две новые профильные ассоциации, то есть диалог налаживаем.

Что касается кадрового вопроса, то это сегодня основное поле борьбы частного и государственного медицинского сектора. Особенно заметна конкуренция в так называемом массовом сегменте медпомощи. Некоторые врачи совмещают работу в госучреждениях и в частных клиниках. Это частая история.

Что касается цифровизации медицины, то у коммерческого и государственного сектора взаимодействия здесь тоже мало. Доступа к новым цифровым государственным сервисам типа ЕМИАС у частников нет, хотя сами по себе эти сервисы очень удобны и прогрессивны. Но почему-то считается, что они нам не нужны. Есть мнение, что частники не сдают отчеты о своей деятельности, забирают из госсектора врачей, а медпомощь при этом оказывают плохо. Хотя это, конечно, не так.

При этом государство отдает некоторые виды услуг, например высокотехнологичную медпомощь, частным клиникам. Но это не слишком большие объемы работы. Можно сказать, что мы — резерв, помогающий государству оказывать медуслуги, которые само государство объять по каким-то причинам не успевает и поэтому отдает на аутсорсинг.

В сфере государственно-частного партнерства ситуация довольно грустная, поскольку схема ГЧП остается вымирающим динозавром. За последние 10 лет я могу насчитать лишь несколько удачных примеров реализации этой схемы. Таких примеров не больше, чем пальцев на руках. То есть ГЧП — это такая неживая история для нашей отрасли.

Взаимодействие коммерческой медицины и властей на региональном уровне налажено намного лучше. Здесь все прекрасно понимают, что частная клиника обычно не может взять на себя полный цикл медицинский услуг и иногда вынуждена направлять пациентов в стационар.

На локальном уровне, который гораздо ближе к реальной жизни и обычным людям, частная и государственная медицина слиты настолько, что представляют собой действительно единую систему. Хотя, повторюсь, государство всё время разделяет эти сектора. Но это как разделить сиамских близнецов и сделать вид, что одного из них просто нет?

Что могло бы исправить ситуацию? Наверное, надо, чтобы общение и взаимодействие частного и государственного секторов здравоохранения выходило на новый уровень; чтобы появились структуры, которые будут постоянно лоббировать интересы отрасли; чтобы не было продвижения каких-то точеных законов и нормативных актов, а велась планомерная работа; чтобы частники тоже сдавали отчетность в профильное министерство. И чтобы, в конце концов, нас увидели на федеральном уровне.

Также критически необходима площадка, где государство сможет разговаривать с частной медициной как с частью общей системы здравоохранения.

Мнение высказано в рамках XVII Петербургского медицинского форума

Актуально сегодня