«Болевые точки» коммерческого контракта
Поделитесь публикацией!

«Болевые точки» коммерческого контракта

«Болевые точки» коммерческого контракта

Когда российский предприниматель (собственник бизнеса или руководитель компании) начинает вдумчиво и дотошно вчитываться в текст своего договора с контрагентом? Сразу, как получит судебное уведомление или досудебную претензию. Либо, когда контрагент начинает уклоняться от исполнения своих обязательств по этому договору.

Конечно, непосредственно перед подписанием договор тоже читают, но лишь затем, чтобы убедиться в безошибочном изложении основных положений — цена, предмет, сроки исполнения и оплаты. А вот детальному изучению его содержание подвергается при ситуациях, описанных мной выше, и тут, чаще всего, нашего предпринимателя ждут сюрпризы. Главным сюрпризом в восьми случаях из десяти оказывается раздел «Порядок разрешения споров». В оставшихся двух случаях сюрприз заключается в том, что такого раздела в договоре попросту не оказывается.       

Почему так происходит? Все очень логично. Мы привыкли планировать многие вещи и события в своей жизни. Планируем как проведем вечер и отпуск. Даже рождение ребенка планируем, в какую школу он пойдет и какой ВУЗ закончит. Планируем доходы и расходы, маршруты и карьеру… Но мы никогда не планируем конфликты. Зачем? В массе своей мы взрослые люди, порой образованные и даже интеллигентные. Мы не собираемся ни создавать конфликты, ни участвовать в них. И подписывая коммерческий контракт, обе стороны прежде всего собираются извлекать прибыль или удовлетворять иные насущные потребности своего бизнеса. К обоюдному удовольствию. Судиться они точно не планируют.

Pacta sunt servanda — «Договоры должны исполняться», говорили древние римляне. Но никто не обещал, что они будут исполняться сами собой. При этом частое изначально неравное положение сторон контракта и постоянно меняющаяся конъюнктура рынков обрекают предпринимателей на регулярные встречи с критическими, конфликтными ситуациями при исполнении этих самых контрактов. Правда и на этот случай древним римлянам было что сказать. Si vis pacem para bellum — «Хочешь мира — готовься к войне».

Но давайте вернемся к нашему коммерсанту с судебным уведомлением, который рассматривает старый-новый для себя договор и пытается понять, как этот документ предлагает ему разрешить возникший спор. Первое, что он там может обнаружить, называется «ничего». Ну или нечто вроде фразы «все споры и разногласия рассматриваются в соответствии с действующим законодательством», что, собственно, то же самое, что «ничего». В этом случае законом, которым для коммерческих споров является Арбитражный процессуальный кодекс РФ, предусматривается общее правило о подсудности спора по месту нахождения ответчика.

Однако, даже если в грядущем споре вы и есть тот самый ответчик, это вовсе не значит, что «дома и стены помогают». Тем более, если это стены арбитражного суда. Единственным вашим «бонусом» от этого является отсутствие необходимости куда-либо ехать за правосудием. Но ведь ответчиком по спору может оказаться и ваш контрагент, расположенный на приличном (или неприличном) удалении от вас.

Кто-то, возможно, и не увидит в этом проблемы, посчитав что суд — он и в Африке суд и нет никакой разницы, где он территориально находится. Однако, дьявол, как всегда, кроется в деталях. Одна из таких деталей — географическая протяженность нашей бескрайней Родины. К примеру, в прошлом году мне довелось представлять интересы одной питерской компании в споре с её камчатским поставщиком, контракт с которым как раз и содержал упомянутую нами мантру о рассмотрении споров «в соответствии с действующим законодательством».

Спор был непростым и рассмотрение его в отсутствие квалифицированного судебного представителя с нашей стороны было недопустимо. Воспользоваться предусмотренной процессуальным законом возможностью организации видеоконференцсвязи с арбитражным судом Камчатского края через Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области мы тоже не могли, ведь когда питерские арбитражные судьи только начинают свой рабочий день, камчатские уже смотрят дома вечерние новости. Также не имело смысла в экстренном режиме подбирать судебных представителей в Дальневосточном Федеральном округе, поскольку мой давнишний доверитель изначально был не из тех, кто ищет себе стоматолога по Интернету.  

Три заседания суда первой инстанции в Петропавловске-Камчатском, апелляция во Владивостоке и кассация в Хабаровске дали в сумме более 80.000 километров лёту и более 300.000 рублей одних только транспортных расходов. Да, пожалуй, не самая высокая цена доступа к правосудию, но все же есть над чем задуматься.

Второй деталью, способной заставить безликую вроде бы фразу о рассмотрении споров в установленном законом порядке заиграть новыми красками, может выступить персональная характеристика вашего контрагента. Так, например, ответчиком другого моего доверителя по полумиллиардному подрядному спору оказался заказчик, расположенный к нам гораздо ближе, чем в описанном ранее примере с ДФО. Фактически это был соседний субъект Федерации, проезд в арбитражный суд которого не составлял особого труда и не занимал много времени, но…   конечным бенефициаром (то есть, фактическим владельцем) компании-заказчика являлся никто иной, как зять главы исполнительной власти этого самого субъекта Федерации.

Да, судьи в России декларируемо независимы. Под этим конституционным положением, лежащим в основе принципа разделения властей, я не устану подписываться. Но реалии нашей «вертикальной» действительности таковы, что описываемая мной ситуация скорее напоминала проверку на прочность того самого конституционного положения о независимости. Только в этом «краш-тесте» манекеном выступает предприниматель. Вот и для нашего истца-подрядчика в чем-то это была лотерея, как в последствии выяснилось, безвыигрышная.

Поэтому перед подписанием очередного коммерческого контракта вам стоит уделить толику внимания разделу «Порядок рассмотрения споров». Каким должно быть его содержание, чтобы вы не попали в одну из описанных мной неприятных ситуаций?

Первое. Вам стоит указать «свой» суд в качестве единственного уполномоченного сторонами для рассмотрения всех возможных споров, связанных с исполнением, расторжением или недействительностью вашего контракта. Такая возможность предоставлена статьей 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Однако в любом коммерческом договоре участвуют как минимум две стороны, и вашему контрагенту (возможно, после прочтения им этой же статьи) подобное предложение может показаться неприемлемым. Тогда в качестве альтернативы определите и предложите вашему бизнес-партнеру «нейтральный» вариант: суд, находящийся «посередине» между вами и контрагентом. К примеру, для контракта с участием московских или питерских компаний таким вариантом может оказаться Арбитражный суд Вологодской области. Судьи там не менее квалифицированы, чем в двух столицах, а их фактическая загрузка в разы ниже — не более 50 дел в месяц против 160, рассматриваемых за тот же период среднестатистическим московским арбитражным судьей. Для контракта между питерской и владивостокской кампаниями подходит Красноярск. Всем одинаково неудобно, зато все в равном положении.

Второе — помните, что шансы на отмену явно неправосудного решения вырастают, если Апелляция и Кассация находятся в других субъектах РФ.

Третье. Правосудие —  ни что иное, как государственная услуга. И качество этой услуги не в последнюю очередь зависит от того, сколько времени непосредственный её исполнитель — арбитражный судья — может посвятить вашему делу.  Поэтому — смотрите пункт первый.

Четвертое. Для разрешения юридического спора существуют цивилизованные альтернативы государственному суду. Но это тема отдельной колонки...

Справка «Нового проспекта»:

Евгений Богомолов — член президиума Коллегии адвокатов «Кутузовская», (Санкт-Петербург), президент Санкт-Петербургской Арбитражной Ассоциации, член Правления Русско-Азиатской юридической ассоциации (Куала-Лумпур, Малайзия), общественный представитель уполномоченного по защите прав предпринимателей в Санкт-Петербурге, тренер и преподаватель в системе непрерывного образования адвокатов (Институт правовых исследований, адвокатуры и медиации при Адвокатской палате Санкт-Петербурга), сертифицированный тренер Совета Европы по Программе «HELP»

 

Возврат к списку