Бизнес-мобилизация. Как предприниматели Петербурга выживают в турбулентность
Новый проспект
Мнения

Бизнес-мобилизация. Как предприниматели Петербурга выживают в турбулентность

Прочитано: 293

Частичная мобилизация в очередной раз изменила реальность в стране, в том числе в сфере бизнеса. Петербургские компании переживают отток сотрудников. Кто выиграет от развития нынешней ситуации и какие у нее могут быть последствия, «Новый проспект» обсудил с экспертами в рамках BestBreakfast.

Алексей Фурсов, основатель сети «Евразия» и Fitness House:

— То, что я сейчас вижу, бизнесом назвать нельзя. Мне это больше напоминает прямую спекуляцию, возвращение 90-х годов. Потому что бизнес — это что-то фундаментальное, то, чем занимаешься вдумчиво, некий созидательный процесс. Сейчас это чистой воды «купи-продай»: люди пользуются сегодняшней ситуацией и из-за дефицита на рынке продают товары в 2-3 дороже. Например, летом я был во Франции, где сумка Balenciaga в магазине стоила € 350, тогда как в ДЛТ — 200 тыс. рублей. Это даже неприлично поднимать цену в 9 раз просто потому, что ее пока не привезти.

Плюс к тому мы начали ощущать кадровый голод. Есть сильно встревоженные люди призывного возраста, которые пытаются уйти от мобилизации, есть те, кто просто впадает в депрессию. Но какой-то катастрофы сегодня я не вижу, а что будет завтра — покажет время.

Александр Басалыгин, основатель BS Аrt Development Group:

— Отток кадров, конечно, есть. У нас в компании получилась очень забавная ситуация: кого-то нужно убеждать не ехать на самокате в Грузию, а кого-то не идти добровольно в военкомат. И с последними попроще.

Вообще у нас есть два вида деятельности. Мы также были IT-компанией и сейчас поставили всё на глубокую заморозку. Хотя очень неожиданно нам предложили государственный грант на 260 млн рублей на пропаганду видеоигр. Его одобрили и позвали в Москву расписываться. Но я посмотрел на своих оставшихся сотрудников и подумал, что у меня нет сил снимать их с самоката. И решил, что они могут ехать…

А что касается недвижимости, нельзя останавливаться перед кризисом, потому что они происходят всегда. И если начинать в это время проект, то может получиться его закончить до следующего и удачно всплыть, поэтому у нас постоянно идет расширение.

Виктор Рудман, генеральный директор сети кинотеатров «Мираж Синема»:

— Хочется сказать что-то позитивное, но пока никто не знает, где у нас дно. Сейчас нам несладко, поэтому все к чему-то присматриваются. Я недавно стал присматриваться к месту на кладбище, тем более это скоро будет перспективно. Но это черный юмор.

Кинотеатр — достаточно технологичный и дорогостоящий объект, поэтому перепрофилировать его под коворкинг или что-то другое довольно сложно. Когда речь идет об инвестициях, ты либо всё просчитал, либо являешься энтузиастом. Сейчас мы пытаемся выживать, ведь в любой капитальной стене можно проделать отверстие и организовать через нее ручеек, который может нас спасти. Этим мы сейчас и занимаемся. До начала пандемии мы закрыли первый кинотеатр на Большом проспекте, который был довольно успешен, и в октябре месяце откроем его в обновленном виде. Это будет лакшери-проект с очень интересной концепцией.

В новом кинотеатре будет около 450 мест, тогда как ранее было около 1 тыс. Вместо четырех залов будет семь, но их площадь станет меньше. Также для зрителей будет предусмотрено ресторанное обслуживание, а минимальная цена билетов составит 350 рублей. Оборудование для кинопоказа нам удалось купить до того, как всё случилось.

Эйридже Эзгюр, управляющий директор компании Rennaisance Development:

— Вчера мне отправили наш бюджет на следующий год. Обычно 70% арендаторов наших офисов там «зеленые», что означает их желание остаться, а 30% — «желтые», и их планы находятся под вопросом. Но вчера у нас было 55% «желтых» арендаторов, и это еще оптимистичный сценарий. Как говорят, «я не трус, я не боюсь». А сейчас я бы сказал: «Я не трус, но слегка боюсь».

С другой стороны, полтора месяца назад мы закончили отделку и переехали в наш новый и современный офис, работы по которому начались после февраля. Сейчас мы находим прекрасных профессионалов, не знавших раньше о том, что такое Rennaisance Development, и берем их в штат. Я России больше 20 лет, у меня здесь много партнеров и друзей. И у нас есть такая пословица: «Камень тяжелый, и он останется стоять».

Дмитрий Абрамов, партнер Jensen Group:

— Мы занимаемся недвижимостью, которую на самокате к грузинской границе не оттянуть, поэтому ничего не продаем и не покупаем и сосредоточены на развитии тех объектов, которые есть. Недавно с Алексеем Фурсовым открыли вторую очередь развлекательного детского центра Mouse House площадью 1 тыс. м2 в торговом комплексе River House и планируем еще один проект с ним. Вчера была офисная сделка на 1 тыс. м2 с IT-компанией, которая больше ориентирована на российский рынок. Но глупо отрицать, что ситуация сложная: экспозиция объектов стала гораздо длиннее, чем была, а ставки не те, на которые мы рассчитывали, во всяком случае в офисах. В ретейле же их размер более-менее сопоставим. Вчера вместо Starbucks на Невском проспекте, 54 у нас открылась кофейня Stars Coffee и там коммерческие условия сопоставимы с теми, что были у предыдущего арендатора.

При этом нас беспокоит ситуация с персоналом. Когда заходишь в офис или ресторан, в том числе к своему арендатору, вспоминаешь названия двух фильмов: «В джазе только девушки» и «В бой идут одни старики». И, скорее всего, в ближайшие месяцы ситуация будет развиваться в этом направлении. В этих условиях мы учимся на опыте более цивилизованных рынков. Например, сеть Walmart в свое время поменяла охранников на дедушек, и воровство в гипермаркетах сократилось в несколько раз, потому что посетителям, видимо, было зазорно их обманывать.

Мехмет Демириджи, генеральный директор «Элик Уорлд Хотелс Рус» (русская «дочка» турецкой сети элитных отелей Elite World Hotels):

— Россия такая огромная страна, и при этом по сравнению с другими странами доля иностранных инвестиций в ней небольшая. В свое время для иностранного инвестора войти в российский бизнес было очень важно. Хоть рынок и большой, он очень сложный. Слишком много вопросов с документами, проблем, которые надо решать не на бизнес-уровне. Иностранные компании к этому не привыкли. Специфику могут понять только те, кто живет в России долго и понимает местный менталитет.

Но последние события заставили иностранные компании уйти с российского рынка. Этому поспособствовали волатильность рубля и репутационные риски. Сейчас во всем мире наблюдается тренд, согласно которому надо показать, насколько сильно ты ненавидишь Россию и любишь Украину.

У IKEA, уходом которой недовольны многие россияне, выручка в России составила более 240 млрд рублей. С одной стороны, это много, но с другой — всего 7% от общей выручки компании. Если бы я был бы управляющим IKEA, я бы, конечно, ушел из страны. Рисковать 93% своей выручки ради 7% никто не будет. Поэтому иностранные компании, хотят они того или нет, всё равно уйдут. Хотя хотелось бы, чтобы политика держалась подальше от бизнеса.

Георгий Рыков, генеральный директор «Бестъ. Коммерческая недвижимость»:

— Очень сложно сказать, какие люди сейчас заработают денег в России. Страна у нас необычная и удивительная. Но в данном случае, думаю, надо обратиться к историческим источникам. В России всегда, еще со времен Петра I, первыми начинали входить в рыночную экономику различные околоармейские тыловые службы, занимающиеся снабжением.

Любая экстремальная ситуация требует перестройки экономики. Колебания после застоя рождают большую энергию. 1998 год был безнадежным и безысходным, а в 1999 году производства стали активно развиваться. Пассионарная человеческая энергия начнет пробивать.


Наталья Шатихина, управляющий партнер CLC:

— Война либидо и мортидо, сил жизни и смерти, не прекращается. Она бесконечна и просто принимает разные формы, вопрос — строишь ты жизнь или смерть. С точки зрения психологии, человеческие эмоции — это расхождение фактов и ожиданий. Конечно, у всех были совершенно другие ожидания, но это то, чем управлять не можем. Поэтому вся наша задача — разделить то, чем мы можем управлять, от того, чем не можем, и делать хорошо то, что можем делать хорошо. Вспоминая бородатый анекдот про русских и что у них хорошо получается: у нас на территории, где должно жить 300 млн, живет 145 млн, можно и этим сейчас заняться.

Что касается компаний, то те, кто не делают плохой продукт, имеют все шансы улучшиться. Не нужно забывать, что вместе с уходом бизнеса, инвестиций (которые ни разу не иностранные, а те самые наши же собственные офшоры, которые вливают деньги) ушло много огорчений. Полетело в тартарары авторское право. Кто спрашивает, что такое параллельный импорт. Сильно упростились многие процедуры. Когда Федеральная налоговая служба разрешила на предприятиях уличной торговли убрать кассовые аппараты, я как человек, который жил 1990-е, сразу начала дико гоготать, потому что это обнал пошел. Мы можем прикидываться, что все товары у нас жутко легально завозились. Все мы ездили в Финляндию и как будто не видели две линии из грузовиков, стоящих вдоль границы. И все мы знаем, что все они едут в Россию как зеленый горошек: весь товар во всех направлениях по двум разным накладным. В этом наша сила, нас невозможно поставить на колени: мы лежим, лежали и будем лежать.

Есть виды бизнеса, которые очевидно растут. Я вижу людей, которые утроили, упятерили свои обороты, — это люди, которые делают хороший продукт. Есть люди, которые умеет хорошо воровать чужие продукты и доводить до ума. На этом построена крупнейшая китайская экономика, которая отрицает интеллектуальную собственность. Сейчас мы имеем возможность очиститься от большого количества навязанных вещей. Мы совершенно незачем вступали в ВТО с ограничениями, которые были. И сейчас многое наносное, что происходит во время кризиса, сгорит, и из него что-то прорастет. Наша задача — остаться среди тех, кто прорастет, а не тех, кто сгорит.


Игорь Мальтинский, директор по развитию Melon Fashion Group:

— В fashion-ретейле процесс исхода иностранных брендов чрезвычаен, но здесь важно отталкиваться от того, как мы сами себя ощущаем. Если поискать историческую привязку, то Melon Fashion Group ведет свой отсчет с 1882 года, когда императрица Мария Федоровна создала кружок рукоделия, который отшивал простейшее белье, халаты для русской армии. В принципе, мы давно делаем всё фундаментально, и когда в марте произошла довольно серьезная ситуация, приняли этот вызов. Сейчас трансформация касается достаточно большого количества новых групп товара. Например, в сети Zarina появится мужская одежда, в Befree — спорт, белье и обувь, в Sela — одежда для новорожденных и мужчин, которая была в истоках этой компании.

Если говорить о 2015 годе, когда мы провели одну из первых больших сделок в Петербурге, в нее вошли 1,2 тыс. м2 на три наших бренда. Сегодня с этим же торговым центром обсуждается сделка на четыре бренда — на 4,7 тыс. м2. Мы действительно готовы заместить все иностранные бренды, которые находятся в движении, и приняли этот вызов. Но их прощания с российским рынком пока не произошло, и из-за этого у нас нет возможности сделать последний шаг. Арендодатели и вся экономика ТЦ построены на поклонении и почитании зарубежных брендов: финансовом, административном, организационном и концептуальном. Ситуация даже не соответствует фактической в нашей отрасли. Но в последнее время скорость повысилась, и сейчас мы рассматриваем около 250 площадок по всей России, которые имеют отношения к уходящим брендам. Надеемся стать одним из бенефициаров этого процесса и сделаем всё для этого.


По мотивам делового завтрака BestBreakfast по инвестициям «Бизнес a la russe: с широко закрытыми границами»

опрос бизнес недвижимость мобилизация
Другие статьи автора Читайте также по теме
Сделка по продаже ТРЦ «Охта Молл» группе компаний «Проспект Групп» из Екатеринбурга завершилась в ноябре.
02.12.2022
Сабуровский комбинат хлебопродуктов из Тамбовской области купил одного из крупнейших производителей муки и комбикормов на Северо-Западе — Ленинградский комбинат хлебопродуктов им. Кирова. Эксперты оценили сделку минимум в 1,5 млрд рублей.
В России завершился сезон больших распродаж «черная пятница». Ретейлеры подсчитывают прибыль и делятся впечатлениями от ажиотажной работы в этом году. Покупательский азарт, к слову, оказался значительно ниже, чем в предыдущие годы. «Новый проспект» узнал, за какими товарами охотились люди и какие скидки им предлагали продавцы.

"Заморозка" пенсий продлена до 2025 года — Путин подписал закон
05.12.2022
Полиция возбудила дело по итогам драки Григория Лепса с петербуржцем в пабе
05.12.2022
В ООН обновили данные о потерях среди мирного населения во время спецоперации
05.12.2022
Возле зданий органов власти запретили митинговать
05.12.2022
Прокуратура потребовала 9 лет колонии для Ильи Яшина за дискредитацию армии
05.12.2022
Владимир Путин подписал закон о запрете ЛГБТ-пропаганды в России
05.12.2022
Путин подписал закон об увеличении прожиточного минимума
05.12.2022
Основателя золотодобывающей компании Petropavlovsk приговорили к 5,5 годам
05.12.2022
В Монголии беспорядки из-за пропавшего угля, штурмуют Дворец правительства
05.12.2022
В Ленобласти снова разрешили митинги и сходы
05.12.2022
В Петербурге начинают разводить мосты
05.12.2022
"Режим гоблина" стал словом года по версии Оксфордского словаря
05.12.2022
Автомобильное движение по Крымскому мосту восстановлено
05.12.2022
"Мегафон" вышел из капитала сети магазинов "Связной"
05.12.2022
Алексей Кудрин станет в "Яндексе" советником по корпоративному развитию
05.12.2022
Водэн
VEREN
RBI
Строительный трест
InveStoreClub
РосСтройИнвест
РКС
Решение
Прайм Эдвайс
Питер
Петрополь
Петромир
Pen&Paper
Neva Coffee
Первая мебельная
Пепелаев
RRT
Colliers
Ильюшихин
Илоранта
Календарь событий

Метки