Выравнивание
Поделитесь публикацией!

Бедность как порок. Владимир Путин решил побороть застой

«Меня очень беспокоит то, что произошла стагнация реальных доходов», — признался Путин в начале января. Здесь интересна сама драматургия анонса. О том, что президент озабочен бедностью, сообщил не пресс-секретарь Дмитрий Песков, как это бывает всегда, а лично президент. Очевидно, это должно заранее подтвердить самый высокий, не дежурный,  уровень будущих инициатив. Путин сообщил об этом, как указано в новости, «в беседе с ТАСС», но последнее большое интервью ТАСС он давал еще в октябре, то есть сейчас имело место, видимо, какое-то целенаправленное желание сообщить стране о том, что президент озабочен. Наконец, заявление сделано 4 января (возможно, раньше, но опубликовано именно в этот день) — в самый разгар новогодних каникул, когда страна только начинает отходить от праздников; но Владимир Путин не празднует, он напряженно заботится о каждом из нас в Кремле.

На самом деле до этого у послания уже была одна интрига: под конец 2019 года Владимир Путин отпустил несколько многозначительных замечаний о том, что наконец не худо было бы немного подправить Конституцию. В каком масштабе, непонятно — сначала президент сказал только о том, чтобы убрать оговорку «подряд», касающуюся президентских сроков полномочий, но потом уже выразил пожелание внедрить некую «единую систему публичной власти», что явно выходит за рамки точечных корректировок.

И мы, в общем, ждали-то от 15 января именно предложений по изменению Конституции в первую очередь. А теперь сам Путин предложил сосредоточиться на другом. Совсем недавно правительство говорило, что к 2024 году количество бедных и так собираются сократить вдвое, до 6,6%. Однако зачем-то в этот процесс понадобилось вмешаться президенту. Взять его, как принято говорить, под личный контроль.

Обе идеи не обязательно должны противоречить одна другой. Вполне может быть, что в Кремле пришли к выводу, что по-настоящему бороться с бедностью мешает именно политическое устройство государства. Ну вот, допустим, в 2004 году же выяснилось, что бороться с терроризмом мешают всенародные выборы губернаторов. Терактов после этого меньше не стало, да и выборы пришлось вернуть, но здесь ведь главное — попытка. В старом анекдоте раввин советовал крестьянину, у которого дохли куры, насыпать зерно то кругом, то треугольником, а когда куры все равно сдохли, вздохнул: «Жаль, у меня еще много вариантов было».

И не просто так, возможно, Путин во время пресс-конференции в декабре так много вспоминал об СССР и признался, что жалеет о том, что Советского союза больше нет. В нем не было бедных — просто потому, что так считалось официально, и спорить с этим было нельзя. Ракеты у нас уже есть, теперь пора браться за бедность.

Если бы не это соображение, то от послания, пожалуй, было бы особенно нечего ждать. Зная стилистику всех предыдущих путинских инициатив, президент, скорее всего, предложил бы очередной набор льгот и пособий для россиян. Человек, который всю свою жизнь жил и живет за государственный счет, иного источника благосостояния, кроме бюджета, просто не постигает.

Все это, конечно, снова легло бы на федеральную казну, а также на плечи регионов, и так задыхающихся от «майских указов». Губернаторы бы стонали, но выскребали последние крохи, добавляя бюджетникам еще по паре тысяч рублей к зарплате. Окажется даже немного обидно, если послание сведется к таким банальностям.

Могут быть, конечно, еще новые налоги. Чтобы продать что-нибудь ненужное, надо, как известно, сначала купить что-нибудь ненужное, а чтобы раздать людям деньги из бюджета, надо их сначала туда собрать. Можно ввести налог на что угодно — давно напрашивается, например, налог на бездетность. Вершиной политического эквилибра стал бы, безусловно, специальный налог на борьбу с бедностью, для распоряжения которым в каждом регионе должен быть создан фонд и выбран оператор фонда.

Есть совсем нестандартные методы. Был же, к примеру, эксперимент по расширению границ Москвы — так почему бы не включить в состав Москвы всю Россию? И пусть Собянин за всех выкручивается, со всей своей урбанистикой, доплатами учителям и новыми автобусами.

Но если нет денег, то с бедностью придется бороться по-другому. Апеллируя к морально-волевым качествам россиян. Ведь у них, в отличие от денег, есть свойство браться из воздуха в практически неограниченных количествах. Сплоченность и прорыв — вот что нам поможет. Еще более сплоченная сплоченность, чем сейчас, и еще более прорывной прорыв. Каждый шахтер в Воркуте, каждая воспитательница детского сада в Медвежьегорске, каждый охранник колонии в забайкальском поселке, где никакой другой работы нет, должны задать себе вопрос — а что я лично сделал для борьбы с бедностью, чем могу помочь стране в прорыве?

Если не получается побороть бедность, то ее можно объявить временной нормой, а преодоление отнести к задачам светлого будущего. Тогда борьба станет самоценным явлением сегодняшнего момента, и главным окажется сам процесс борьбы, а не результат. Одинаково бедными окажутся более-менее все, но у каждого будет надежда. В такой стратегии, конечно, лучшего примера, чем СССР, не сыскать. Здесь, правда, надо помнить о том, что когда народ поймет, что коммунизм все что-то никак не забрезжит — могут быть очень разные варианты развития событий.

Фото: Глеб Щелкунов/Коммерсантъ

Читайте на эту тему:

Президент провозгласил коммунизм для многодетных

Он падает. Президентский рейтинг нечем удержать

Валерий Соловей: «Восстают люди не от нищеты, а от того, что их лишили перспективы»​

 

Предыдущая статья

Бедность как порок. Владимир Путин решил побороть застой

Следующая статья

Разлука без печали. Борис Вишневский об отставке правительства