Дмитрий Ялов: «Решения в стиле «все так делают» больше неэффективны»
Новый проспект
Интервью

Дмитрий Ялов: «Решения в стиле «все так делают» больше неэффективны»

Прочитано: 1854
Дмитрий Ялов: «Решения в стиле «все так делают» больше неэффективны»
Перед Петербургским международным экономическим форумом «Новый проспект» поговорил с заместителем председателя правительства Ленобласти по экономическому развитию Дмитрием Яловым о том, что происходит с бизнесом в постковидный период, какие новые вызовы появились у региона и стоит ли участвовать в парламентских выборах.
Дмитрий, что сейчас происходит с инвестиционной активностью в регионе? Как она изменилась за время пандемии?

— В пандемийный год, как ни парадоксально, экономика Ленобласти показала рост. Например, объем инвестиций в основной капитал в 2020 году вырос на 5,2% и составил 458,1 млрд рублей. Несмотря на пандемию, мы приняли на сопровождение 43 новых проекта, подобрали более 100 земельных участков, провели множество встреч и консультаций с бизнесом не только по поводу мер поддержки, но и по вопросам инвестиций. Сегодня в регионе запланирована реализация почти 100 инвестиционных проектов на общую сумму около 2,9 трлн рублей. Сумма огромная, и некоторые проекты тоже. Например, комплекс по переработке этансодержащего газа в Усть-Луге, Приморский УПК с грузооборотом до 70 млн т в год, завод по производству аммиака и карбамида «ЕвроХима», производственно-складской перевалочный комплекс «Ультрамар», расширение действующего производства удобрений «ФосАгро» и др. В результате мы создадим 18 тыс. новых рабочих мест.

Малый и средний бизнес также чувствует себя довольно уверенно. Ленобласть — один из немногих регионов, где в 2020 году выросло количество индивидуальных предпринимателей и малых предприятий, хотя у всех регионов идет снижение статистики. По итогам года у нас было 64,4 тыс. предприятий малого бизнеса, прирост за прошлый год составил 1%. Это немного, но всё же показательно. Этим за прошлый год могут похвастаться только три региона. Выросли и налоговые поступления от малого бизнеса: за год они составили 5,49 млрд рублей, что на 6,6% больше, чем годом ранее. Конечно, оборот розничной торговли вырос у всех. У нас он составил 480,6 млрд рублей, что на 6,5% больше, чем в 2019 году. В общем, цифры внушают оптимизм.

Сколько проектов инвесторы отложили?

— Точную цифру я вряд ли озвучу, потому что она плавающая. Ряд проектов снова возобновился, потому как мы научились жить в новых реалиях, а состояние растерянности уже позади. Например, как раз перед началом локдауна один наш инвестор заказал оборудование в Ухани (из города Ухань в Китае началась эпидемия коронавируса. — Прим. «НП»), поэтому старт производства задержался на полгода. Были схожие ситуации и там, где оборудование заказывали из европейских стран. Средняя просрочка составила 4-6 месяцев. Некоторые инвесторы приостановили переговоры из-за того, что все мы жили в условиях неопределенности: было непонятно, сколько продлится пандемия, к чему она приведет, каким будет завтрашний день.

Во сколько казне обошлись меры поддержки бизнеса во время пандемии? Какие предприятия пострадали больше других?

— В 2020 году на поддержку и развитие малого и среднего бизнеса все уровни бюджета потратили 1 млрд 395 млн рублей, что в полтора раза больше, чем в 2019 году. Более того, речь идет о прямых деньгах, которые получил бизнес, и это не считая льгот, компенсаций, выплат предпринимателям и самозанятым. Прямая финансовая поддержка составила 563 млн рублей, было предоставлено 656 субсидий, что в 2 раза больше, чем годом ранее.

Например, 50 млн рублей субсидий было предоставлено для возмещения части затрат работодателям, приостановившим свою деятельность из-за локдауна. 15 млн рублей — это субсидии для возмещения части затрат по действующим кредитным договорам и т. д. Все пострадавшие сферы деятельности получили ту или иную поддержку.

Если говорить о других мерах поддержки, то значительно пострадали арендаторы помещений. Мы договорились о том, чтобы торговые центры пошли им навстречу и освободили от арендной платы на 3 месяца. Тех, кто это сделал, освободили от налога на имущество на 5 лет. Эта мера не смогла помочь небольшим индивидуальным предпринимателям, которые являются собственниками помещений в стрит-ретейле, но для них мы снизили ставку по УСН с 6 до 1%. Я вам больше скажу, после этого у нас начали перерегистрироваться предприниматели из других регионов, потому что экономия на налогах существенная.

Это лишь один из примеров, не касающийся прямой финансовой поддержки.

Самое главное, мы были в режиме постоянной связи с бизнесом — так мы не работали никогда. У нас были еженедельные встречи, где мы рассказывали, как видим ситуацию и что будем предпринимать в плане ограничений, ужесточений, льгот, поддержки. В общем, рассказывали о планах и о решениях, которые только прорабатываются. И это было очень востребовано. Обычно чиновники ориентируются на статистику, данные муниципалитетов, свое собственное видение, но в той ситуации это не соответствовало реалиям, в которых мы оказались. Обратная связь была важна как никогда, потому как сами бизнесмены рассказывали о том, что происходит и что им действительно нужно.

Интересно, что еще одним оперативным и близким к жизни источником информации оказались данные Сбербанка о структуре расходов обладателей карт. Мы видели, какие отрасли проваливаются, а какие растут. В основном падение коснулось сферы услуг, а вот промышленность работала стабильно.

А о какой поддержке просил бизнес?

— О прямых деньгах просили не так часто, эта история была решена на федеральном уровне. Со стороны региона мы также дали отсрочки по арендной плате по муниципальному и региональному имуществу и различные налоговые льготы. Также область является собственником регионального фонда поддержки малого бизнеса и промышленности, который выполняет функции микрокредитной организации. Здесь мы пошли навстречу в плане отсрочки выплаты процентов или основного долга — в зависимости от специфики предприятия.

Сколько бюджет недосчитался в итоге из-за льгот и провала в отдельных сферах бизнеса на фоне пандемии?

— Пока еще рано говорить, у нас есть цифры только за I квартал 2021 года, и они не показательны. Предполагаю, что налоговые поступления просели, но цифры станут известны позже. При этом далеко не все сферы деятельности ощутили на себе кризисные явления. Как я уже сказал, промышленность не останавливалась ни на день. А строительные и спортивные товары и вовсе ощутили всплеск, и производители законтрактованы на годы вперед. Многое произошло из-за ковида и закрытых границ: люди тратят деньги не на путешествия, а на дом, на свои хобби.

Значительно пострадала сфера услуг, в том числе туризм, но уже сейчас ощущается всплеск спроса в связи с тем, что закрыты границы. С другой стороны, сейчас развитие внутреннего туризма связано с конъюнктурой, а любые конъюнктурные всплески — это не всегда хорошо. Давайте подумаем, если завтра откроют границы, к чему это приведет? Народ резко рванет за границу, резко обвалится спрос на внутренний туризм.

Но вы же понимаете, что когда приличный отель в Сочи, да что там, в Ленобласти стоит дороже, чем в Испании, то так и будет.

— Если говорить серьезно, то у нас есть инвесторы, которые строят отели средней ценовой категории. Вкладываются активно, например, в глэмпинги, которые пользуются всё большим спросом. Со своей стороны мы оказываем поддержку тем, кто вкладывается в туризм, разрабатываем экологические маршруты и т. д. В этом направлении тоже идет активная работа.

Предполагается, что будет еще одна волна коронавируса. Какие льготы для предпринимателей сохраняются до сих пор и планируется сохранить и дальше?

— За исключением тех льгот, которые носили срочный характер, например отсрочка по арендной плате, мы сохраняем все льготы, которые ввели в прошлом году. Например, готовится проект закона, который предусматривает продление срока действия налоговых льгот — пониженных налоговых ставок в размере 1% и 3% для налогоплательщиков, выбравших объектом налогообложения доходы и осуществляющих определенные виды экономической деятельности, до 31 декабря 2024 года. В действующей редакции областного закона срок действия льготного режима налогообложения заканчивается 31 декабря 2021 года.

Буквально через несколько дней начнется ПМЭФ. Сколько проектов и на какую сумму вы планируете представить?

— Несмотря на пандемию, количество инвестиционных соглашений увеличилось в 2 раза по сравнению с 2019 годом. В этом году планируется подписание около 30 соглашений на сумму более 1 трлн рублей. «Карматех» запускает производство ПВХ-листов, «БлокФайер технологии поражотушения» — производство инновационных средств и составов пожаротушения в ТОСЭР в Пикалево, «Охта парк» планирует развитие туристической инфраструктуры, «Черкизово» инвестирует 2,7 млрд рублей в производство.

Среди крупных проектов — строительство газохимического комплекса в составе крупнейшего инвестиционного проекта в Ленинградской области — комплекса переработки этансодержащего газа в Усть-Луге. Объем инвестиций составит 868 млрд рублей.

Большой объем инвестиций область получит от инвестиционного проекта «ЕвроХим Северо-Запад-3» (проект по организации производства метанола). Соглашение о его реализации планируется также подписать на форуме.

Кстати, это результат решений в сфере налогообложения, которые принял губернатор региона Александр Дрозденко. У «ЕвроХима» есть освоенные площадки в разных регионах, но он пришел именно в Ленобласть, которая предложила льготы по специальному инвестконтракту и налог на прибыль 5% для проектов с объемом инвестиций в 50 млрд рублей.

В прошлом году ПМЭФа не было, но инвесторы никуда не делись. А если посмотреть реально, многие ли проекты, подписанные на форуме, реализуются? Может, нет смысла в этой дорогостоящей тусовке, если инвесторы и так приходят?

— Не согласен с вами. Понятно, что 10-20% проектов остаются нереализованными, потому что у бизнеса меняются планы. Более того, если проект вызывает вопросы и мы не понимаем источник финансирования, то не выносим их на подписание. Но, как правило, все проекты имеют под собой основание: договоренности о финансировании, земельные участки, разработки и т. д. Так что отказ от реализации — это не массовая история. Из крупных проектов на моей памяти не были реализованы аэропорт Сиверский и автовокзал в Мурино.

ПМЭФ — не ярмарка народных ремесел, когда люди сходу покупают что-либо. Это удобная площадка, где встречаются бизнес и власть, обсуждают проблемы, планы, принимают решения.

Сколько всего проектов планируется запустить в этом году? Открытие каких предприятий мы увидим?

— Буквально на прошлой неделе состоялась презентация автоматизированного склада готовой продукции «Нокиан Тайерс». Также в этом году запланировано открытие завода по производству гофрированного картона компании «Нурек», комплекса по производству сухих пищевых смесей «Триэр-СПб», производства тормозных систем для железнодорожного транспорта «Кнорр-Бремзе 1520». Компания «Терминал Янино» переносит производство лакокрасочных материалов из Петербурга в Ленобласть и планирует открытие также в этом году. Вообще, промышленность в приграничных районах стремительно развивается.

Кстати, много лет уже говорят о переезде промышленных предприятий за черту города. На ваш взгляд, эта идея вообще реализуется хоть как-то? И имеет ли она смысл, если пока речь идет только о единичных случаях.

— Я считаю, что в принципе идея вывода предприятий из города — это миф. Старый участок должен быть в золотом месте, чтобы окупить переезд и потерю кадров. Единственный вариант, при котором это имеет смысл, — когда компания имеет несколько площадок и хочет сконцентрировать их на одной территории или же строит дополнительную площадку. Более того, мы не собираемся никого переманивать: это рождает нездоровую конкуренцию, а наши регионы должны работать вместе.

Но разве, например, близлежащие к городу индустриальные парки не могут предоставить хорошие условия таким предприятиям?

— Приход инвесторов в такие парки — это процесс, который складывается естественным образом. Мы лишь оказываем меры поддержки как предприятиям, так и самим паркам. Я считаю, что если частный бизнес работает хорошо, то государству не надо вмешиваться. Мы видим, как активны собственники частных парков и как за каждым клиентом они бегают, сверкая пятками.

Как себя чувствуют иностранные инвесторы в регионе? Понятно, что им важнее бизнес, чем политика. Или нет?

— Я не почувствовал разницы между тем, что происходит сейчас, и тем, что происходило последние годы. Миф об образцовом инвесторе, который вышел из самолета и пошел искать земельный участок, чтобы построить свой волшебный завод, ушел в прошлое. Обычно компания сначала занимается экспортом, затем смотрит, есть ли для нее место на рынке, чтобы построить завод, допустим, который сможет обеспечивать европейскую часть России (плюс сейчас возник новый тренд: когда рубль ослабился, многие стали работать на европейский и мировой рынок, поскольку экспорт стал очень привлекательным). Дальше компания строит производство, а затем расширяется, приводит поставщиков. Это работает именно так и никак иначе. Поэтому новых крупных иностранных инвесторов немного: все основные корпорации, которые хотели локализоваться, сделали это в 2000-е годы, когда российский рынок был пустым, а теперь занимаются увеличением объемов производства.

Кстати, в пандемию для иностранных предприятий Ленобласть пролоббировала еще одну важную меру поддержки. Раньше поддержку в рамках нацпроекта «Производительность труда», где консультанты учат команду предприятия, как оптимизировать работу, могли получить только те компании, в которых не более 25% иностранного капитала. В итоге многие оставались без этого бонуса. Губернатор Ленобласти обратился в Госсовет и было принято решение, что теперь на такую поддержку имеют право компании, где у иностранцев до 50% в капитале. А это десятки предприятий в Ленобласти и сотни по всей России. Мы ратуем за то, чтобы полностью убрать ограничение. Нам всё равно, российский это или иностранный инвестор, выгода для региона от повышения производительности предприятий очевидна.

Год был непростым, в том числе для чиновников. Что-то новое открыли для себя в работе?

— Первое, чему меня научил это год: нужно принимать решения, основанные на данных. Если проанализировать, как чиновники принимают решения, то можно увидеть, что это накатанные алгоритмы. Но с коронавирусом они перестали работать. В начале пандемии Петербург пригласил нас в группу с экспертами-эпидемиологами, которые помогали прогнозировать еще до того, как мы увидим цифры, что будет происходить, и просчитывать последствия тех или иных решений.

Каждую неделю мы уточняли ограничения: ужесточали или ослабляли их. И если бы мы действовали по старинке, это было бы пальцем в небо с соответствующим эффектом. Если же мы четко анализируем, что происходит, и на основе этого принимаем решения, то от них есть эффект. Например, когда эпидемиологи сказали, что есть два источника заражения: школьники и студенты и массовые мероприятия, стало понятно, что ограничивать другие направления нет смысла, потому как они не дают негативной динамики в плане распространения заболевания. Зачем тогда закрывать те же салоны красоты, которые уже стали притчей во языцех? Помните эту шутку: «Вы хирург?» — «Нет, я ваш парикмахер».

Очень важно всегда задавать вопрос «зачем мы это делаем» и получить на него ответ. Но часто решения принимаются в стиле «все так делают». Теперь же мы увидели, что решения, принятые по аналогии и безоценочно, неэффективны. Мы научились принимать решения на основе больших данных в условиях неопределенности.

В плане организации работы стало понятно, кто работает эффективно, а кто нет. Вот люди приходят в 9 утра на работу, сидят за компьютерами, что-то печатают. Кажется, пашут все. На удаленке стало четко видно, кто и что конкретно делает, чем загружен, насколько результативен.

Это всё потребовало переосмысления и перераспределения обязанностей. Я бы частично ввел для госслужащих удаленный режим работы, поскольку на ее результатах это отражается только в лучшую сторону. Кроме того, для меня важен именно результат. Не так важно, сколько и где человек работает, главное, чтобы он был эффективен и выполнял свои задачи. Команда нужна для мозговых штурмов и планирования. Кстати, на днях Центр перспективных управленческих решений сделал доклад и предложил внести изменения в законодательство о госслужбе, позволяющие работать удаленно.

Некоторые ваши коллеги собрались идти на выборы в Законодательное собрание. Вы не планируете участвовать в выборах?

— Нет, слишком много еще задач по развитию экономики Ленобласти.

Вас ежегодно куда-то прочат. А куда вы сами хотите?

— Пусть. Мне действительно нравится моя работа. Например, последнее время я с большим энтузиазмом занимаюсь реинжинирингом государственных услуг. Став недавно многодетным отцом, я понял, что получение бумажек и подтверждений требует большого количества времени и сил, а кроме того, требуется много излишних документов. Важно сократить путь и упростить получение этих услуг для людей, сделать его более удобным. Это важная и нужная задача.

Справка «Нового проспекта»:

Дмитрий Ялов. Родился в 1980 году в Ленинграде. В 2002 году окончил Санкт-Петербургский государственный университет по специальностям «Политология» и «Экономика», кандидат политических наук.

Занимал различные должности в Департаменте приоритетных национальных проектов и Аппарате правительства Российской Федерации.

В 2009—2010 годах — исполняющий обязанности министра экономического развития, труда, науки и высшей школы Иркутской области.

С июня 2012 года — вице-губернатор Ленинградской области, председатель комитета экономического развития и инвестиционной деятельности.

Ленобласть экономика политика
Обсудить
Другие статьи автора Читайте также по теме
Основатель фонда помощи пожилым людям и инвалидам «Старость в радость» Лиза Олескина рассказала «Новому проспекту», как дома престарелых переживают пандемию, что нужно сделать, чтобы старость россиян была достойной, и какую лепту в это может внести бизнес.
Власти Петербурга и Ленобласти представили проекты бюджетов на следующий год. Доходы оба региона увеличат, а расходы нарастит только город. У области другие планы.
В состав парламентов Петербурга и Ленобласти прошли несколько бизнесменов. «Новый проспект» повнимательней присмотрелся к новым лицам в законодательной власти региона.

С 16 октября Тунис отменяет карантин для туристов
15.10.2021
ЦДС построит 77 тыс. м2 жилья в Мурино
15.10.2021
У представителей бизнеса спрос на отели в Петербурге почти вернулся на уровень 2019 года
15.10.2021
В реестре иноагентов Минюста появились юрлица-издатели Росбалта* и Репаблик*
15.10.2021
Италия может признать российскую вакцину от ковида
15.10.2021
IKEA предупредила о дефиците продукции
15.10.2021
Где в Москве арендовать самое дешевое жилье
15.10.2021
Патриот-реконструктор Бараненко арестован: ему грозит до шести лет лишения свободы
15.10.2021
Герой «Фото недели» Александра Петросяна камерунец Зомо пропал на белорусско-польской границе
15.10.2021
В Петербурге добровольцы получили первую дозу новой вакцины от коронавируса "Бетувакс"
15.10.2021
Яндекс начал маркировать сообщения СМИ, признанных иностранными агентами
15.10.2021
Федеральные компании заняли свою нишу на машиностроительном рынке Татарстана
15.10.2021
Табачный гигант "Филип Моррис" закрывает фабрику в Краснодаре
15.10.2021
Биткойн-биржа Coinbase создает NFT-маркетплейс
15.10.2021
Члены СПЧ предлагают изменения в закон об иностранных агентах
15.10.2021
В Петербурге отменили культурный форум
15.10.2021
Консорциум «ОБЪЕДИНЕННЫЙ ПРОМЫШЛЕННЫЙ КОМПЛЕКС» подписал соглашение о партнерстве с АО «Центр технологий судостроения и судоремонта»
15.10.2021
Две трети россиян считают, что у людей нетрадиционной ориентации должно быть меньше прав
15.10.2021
Курс биткоина резко пошел вверх
15.10.2021
В России установлен антирекорд по смертности от ковида
15.10.2021
Ивану Сафронову запретили переписку в СИЗО
15.10.2021
Водэн
VEREN
RBI
Строительный трест
InveStoreClub
РосСтройИнвест
РКС
Решение
Прайм Эдвайс
Питер
Петрополь
Петромир
Pen&Paper
Neva Coffee
Первая мебельная
Пепелаев
RRT
Colliers
Ильюшихин
Илоранта
Календарь событий

Метки