«Вещи у нас не плоские»
Поделитесь публикацией!

«Вещи у нас не плоские»

Иван Сидоров 27 октября 2018
«Вещи у нас не плоские»
Наталья, вы половину жизни занимались консалтингом, финансами и инвестициями. Как же так получилось, что после 15 лет работы в финансах вы решили стать дизайнером?

— Я действительно много лет работала в бизнесе, прошла все этапы карьеры финансиста: и консалтинг, и экономику, и инвестиции, была директором по инвестициям в крупной девелоперской компании. Но в какой-то момент задала себе вопрос: что, помимо денег, я хотела бы получать от работы. И поняла, что мне для счастья требуется личное развитие. Иначе начинается болото. Хотелось чего-то другого — для души. Но, если честно, было страшно не в студенческом возрасте становиться дилетантом.

Сегодня многие люди в 35-40 лет начинают полностью менять жизнь и карьеру. Не знаю, с чем это связано. Но вы оказались в мировом тренде.

— Я знаю об этом феномене. Видимо, причина в том, что мы стали дольше и активнее жить. Поэтому тянуть одну карьеру на протяжении всей жизни нам просто скучно. Плюс с возрастом появляется опыт и понимание себя. Они помогают найти свой путь. Я, например, после долгих раздумий поняла, что хочу заниматься модой. Потому что люблю женщин и хочу помочь им одеваться красиво, недорого, удобно и уместно. Хочу создавать не просто одежду, а пространство, которое даст женщине чувство защищенности.

Но дизайну нужно учиться...

— Поэтому я поехала в Италию, в институт Марангони. Нужно было понять, мое или не мое, приблизиться к мечте. А сделать это можно, только погрузившись в материал. Там я вдруг вспомнила, что с детства любила рисовать. Но это умение с годами ушло на дно, оказалось погребено под рутиной. А там, в Италии, мое сознание буквально перетряхнули, и я вспомнила все, что забыла.

Как итальянцы учат моде?

— Они учат кейсами. Ставят задачу, объясняют, что к чему, — и вперед. Все очень интенсивно. Причем студентами оказались такие же взрослые, состоявшиеся люди, как и я. Была девочка из Лондона, из банковской сферы, у которой была мечта сделать бренд купальников для взрослых женщин. Была дама из Египта. У нее давно свой бизнес — фабрика одежды и несколько магазинов, но были дизайнерские идеи, которые захотелось воплотить. За месяц все мы придумали свои первые коллекции.

Воплощали идеи уже в России?

— Да. Первая коллекция была маленькая и смешная. Но это был важный этап взросления. Я сама выбирала и покупала ткани, сама искала конструкторов, сама договаривалась с фабрикой и розницей… Я была одна. Но, пройдя весь бизнес ногами, я поняла, с чего мне нужно начинать создание компании и бренда.

Помните свою первую продажу?

— Конечно. Я познакомилась в Петербурге с собственником небольшого магазина, который продает итальянскую одежду. Но моя коллекция удачно в него вписалась. Помню, как мне позвонила управляющая и сказала, что продала мое первое платье. Купила его взрослая женщина, под 50, руководитель, бодрая, спортивная… Чувство было невероятное.

Как родился бренд Belka?

— Бренд — очень важная часть бизнеса. Без него ты просто потеряешься в мире, который переполнен информацией. Belka — это сочетание прагматизма и романтики. Прагматизм в том, что слово Belka на любом языке произносится коротко и энергично, хорошо запоминается. А романтика в нем космическая — от Белки и Стрелки, от того уникального времени, когда все думали, что космос нас объединит. Поэтому в нашем логотипе булавка в виде спутника. Ассоциация со зверьком — тоже хорошая. Он веселый, яркий и позитивный.

Сколько коллекций уже создано?

— За 2 года мы сделали шесть коллекций. К каждой из них выпускали художественные открытки. Совмещали образы моды и живописи разных эпох. Это помогает в продвижении. Плюс это интересно мне самой. Одежда перестает быть просто одеждой. Она превращается в рассказ о чем-то важном, что за рамками повседневности. Сейчас в продаже зимняя коллекция «Кинопробы». Ее идея возникла, когда я пересматривала «Восемь с половиной» Феллини. Все рассматривают этот фильм как кризис режиссера, а я вдруг увидела его как фильм о разных типажах женщин, которые влияют на героя. Мать, жена, любовница, девушка-мечта… Не он их выбирает, а они его. Так что идеей коллекции стала одежда для разных типов женщин, как в этом фильме. Здесь и романтика, и андрогинные образы, и деловой стиль.

Но это все-таки повседневная одежда?

— Да. У нас нет вещей от кутюр. Это кэжуал, но в образе.

Что сейчас представляет собой ваш бизнес? Вышел он на какую-то окупаемость?

— За 2 года в бизнес было вложено 6 млн рублей. Развиваемся на свои средства, без кредитов. Продажи растут каждый квартал. На чистую прибыль пока не вышли, но операционно мы уже сами себя кормим. В штате восемь человек. У нас четыре площадки продаж: две в Москве и две в Петербурге. Есть шоу-рум на Охте, куда люди приходят пообщаться, примерить новинки. Около года бренд представлен в интернет-магазине Lamoda. Это дало бизнесу большой толчок. Поначалу на этот портал приходилось до 30% продаж. Сейчас значительно меньше, поскольку у нас появился собственный интернет-магазин, где есть все модели, а не отдельные части коллекций, как в стационарной рознице.

Какая у вас стратегия развития?

— Органический рост. Вначале я пыталась строить планы с процентами увеличения оборота от коллекции к коллекции. Я же финансист — мозг в этом направлении работает. Но потом поняла, что очень важно не загнать себя. Это же дело для души. Бизнес вырос из мечты, и я не хочу делать из него машину. А в гонке за количеством легко потерять качество. Надо понимать, что это производственный бизнес. Тут может быть брак, ошибки, просрочки. Могут быть отклонения от идеального сценария. И не нужно расстраиваться, если что-то идет не по плану. Скажу так: убыточным проект точно не будет. Но пусть развивается органично — следует за естественным приростом аудитории.

Ваши покупатели — кто они? Свой круг, или вам удается выходить за его рамки?

— Мы одеваем всех близких и друзей. Но постоянно расширяем аудиторию. Вещи у нас не плоские. Поэтому они хорошо садятся на самые разные фигуры. Наша аудитория — женщины от 27 до 60 лет. Но размеры только до L. Дело в том, что для дам в теле надо разрабатывать совсем другие модели. В будущем займемся и этой темой. А в планах завтрашнего дня —  запустить линейку для миниатюрных девушек, ростом ниже 170 см. Это требует дополнительных затрат, поскольку нужны другие лекала. Но мы видим спрос и готовы к переменам.

Сами свои модели носите?

— А как же. Это очень помогает в продвижении. То, что на мне надето, обычно быстрее всего продается.

У вас высокие цены?

— Смотря с чем сравнивать. Средняя стоимость вещи — 10 тыс. рублей. Есть, конечно, пальто за 22 тыс. рублей, и есть сорочки за 4 тыс. Согласитесь, даже в масс-маркете есть вещи с такой ценой. А здесь все-таки индивидуальное предложение.

Шьете из отечественных или импортных тканей?

— У меня сложился контакт с португальскими и итальянскими поставщиками. С ними и работаю. Но была коллекция с отечественным шуйским ситцем. Прежде чем делать полностью ситцевую коллекцию, нужно заработать на этом рынке имя. Чтобы люди доверяли твоему вкусу и соглашались на эксперимент. Коллекцию из ситца будет сложно продвигать дистанционно. Придется рассказывать и объяснять. Потому что вещи из этого материала больше про душу, а не про бизнес.

Говорят, сейчас в мире на пике мода на русский дизайн. Вы как-то на себе этот тренд чувствуете?

— У нас был опыт сотрудничества с шоу-румом в Вене. Успешный, но недолгий. Дело в том, что внешнеэкономическая деятельность требует особых бюджетов и логистики. Это настолько трудно, что выходить за границу нужно на больших оборотах. Иначе процесс не будет технологичным. И для присутствия за границей надо производить коллекцию за год до продаж, чтобы подключать к работе оптовиков. А мы пока делаем ее за 6 месяцев.

Дочки как-то вовлечены в ваш бизнес?

— Старшая учится в магистратуре в Берлине на режиссера художественного кино. Она приезжает, помогает. Работает за вещи, которые ей нравятся. А младшая говорит, что моду ненавидит, потому что она украла маму. Но ей все равно интересно — приходит в салон, смотрит, слушает… А самый авторитетный человек для меня мама. Она закройщик-модельер. Но была категорически против моего бизнеса. Говорила, что самое сложное — это одевать женщин, потому что они никогда не знают, чего хотят. Но со временем мама сама стала носить мою одежду. И это огромное счастье.

Какую одежду выбирает молодое поколение?

— Современной молодежи нужен совершенный кэжуал: джинсы, толстовки и кроссовки. Это мало про моду, больше про удобство и стейтмент. Кроме того, молодые нацелены на разумное потребление, поэтому часто одеваются в секонд-хендах. Но и у них есть желание наряжаться. А еще для них важны коммуникации. Причем каналы информационного воздействия здесь иные, чем у старшего поколения. Они все на картинках, но при этом мало читают. Но молодым тоже важна история. Просто рассказывать ее приходится другим языком — визуальным. Им интересен, например, партизанский маркетинг: когда на асфальте пишут маленькие объявления, по которым, как в квесте, нужно найти магазин, где происходит секретный запуск коллекции. Но нужно учиться работать со всеми поколениями, потому что рамки возрастов и сезонов стираются. История становится глобальной. При этом надо искать свой путь и свою аудиторию и общаться с ней.

А вдруг вдохновение вас покинет? Что тогда?

— Тогда я, наверное, приглашу в штат молодого дизайнера, который будет меня дополнять. Но пока у меня идей больше, чем времени на их воплощение.

Возврат к списку