Выравнивание
Поделитесь публикацией!

Корпоративный конфликт в аэротрубе

Ленинградский областной суд принял к рассмотрению апелляционную жалобу ООО «Мегаполис» на решение Всеволожского городского суда по иску гражданина Виктора Шибаева о взыскании с компании почти 60 млн рублей по четырем векселям. Районный суд удовлетворил иск в полном объеме, взыскав деньги с процентами — итого почти 90 млн рублей, не поверив возражениям ответчика, что векселя украдены, а индоссаменты на них подделаны. Это один из эпизодов масштабного корпоративного конфликта в группе компаний FlyStation, который начался в конце 2018 года и с тех пор только набирает обороты. 

Вылетели в трубу

Группа FlyStation основана всеволожскими бизнесменами Александром Парманиным и Русланом Романенко в 2011 году. В 2012 году они построили на 7-м километре Токсовского шоссе во Всеволожском районе уникальный для Петербурга аттракцион — аэродинамическую трубу, имитирующую процесс свободного падения. Инвестиции составили чуть более 200 млн рублей, которые, по словам Руслана Романенко, окупились за несколько лет. В 2014 году партнеры решили начать экспансию бизнеса и затеяли постройку таких же аэротруб в Японии (по инициативе Романенко) и в Германии (по инициативе Парманина). Но, если германский опыт вышел в прибыль, то в Японии аэротруба не дала ожидаемого результата, показывая нулевую рентабельность. «Тогда Александр мне сказал: это из-за тебя мы ввязались в японский проект, давай делить бизнес. Ты забирай его, я германскую трубу, — рассказал «НП» Руслан Романенко. — Я согласился, провели водораздел активов, вышло ему около 80%, а мне около 20% всего бизнеса. Тогда я предложил в той же пропорции поделить и долги — чтобы было справедливо. Но он уперся: брали вместе, так что отдавать будем поровну. На это уже я не согласился — и началась война».

Сегодня корпоративный конфликт между Романенко и Парманиным, а также подконтрольными им гражданами и структурами, идет как в районных судах Ленобласти, так и в Арбитражном суде СПб и ЛО. Кроме того, стороны регулярно жалуются друг на друга в правоохранительные органы. 

Дело, которое сейчас принял к рассмотрению Леноблсуд — одно из центральных в конфликте: ответчик по нему, ООО «Мегаполис», владеет зданием аэротрубы. В свою очередь компания принадлежит Александру Парманину (50%) и родственникам Руслана Романенко — Оксане Романенко (40%) и Игорю Долгову (10%).  Генеральным директором компании является Руслан Романенко, в свою очередь Александр Парманин, по данным судебных актов, владеет участком, на котором стоит здание (по словам Романенко, покупали землю они вдвоем, просто повесили на второго партнера). В случае взыскания 90 млн рублей по иску Виктора Шибаева компания может упасть в банкротство и попасть под контроль Парманина, к чьей команде (по утверждениям Руслана Романенко) и относится истец. Впрочем, адвокат Шибаева Геннадий Попов отрицает такую связь: «Мой клиент является кредитором и «Мегаполиса» и Парманина, и их отношения между собой его абсолютно не интересуют». Но на вопрос, как он стал таким кредитором (дал ли он деньги на трубу изначально или приобрел векселя у третьих лиц) адвокат отвечать не стал.

«Векселя, предъявленные Шибаевым, имели срок погашения в 2015 году, — прокомментировал в свою очередь Романенко. — Они носили технический характер в рамках нашего совместного финансирования проекта и до 2018 года находились в бухгалтерии ООО «Мегаполис». Я подозреваю в тайном выносе векселей из бухгалтерии 2018 году Олега Парманина (сына Парманина Александра), работавшего у нас юристом, и Марину Жолудеву (родную сестру Виктора Шибаева), работавшую у нас главным бухгалтером. На данных векселях рукой Александра Парманина были учинены передаточные надписи в пользу Виктора Шибаева, датированные июлем 2014 года. Во-первых, возникает вполне логичный вопрос – почему Шибаев Виктор, якобы, владея векселями с 2014 года, и имея возможность истребовать сумму к возврату вовремя – обратился в суд только в декабре 2018 года? Мне кажется его версия, что он забыл про данные векселя, а потом неожиданно вспомнил, не выдерживает никакой критики. Во-вторых, в суде представитель Шибаева сообщил, что Шибаев получил данные векселя от Парманина в качестве обеспечения по договорам займа между Шибаевым и Парманиным (якобы в 2014 году Шибаев дал в долг денег Парманину). Однако, в Пушкинском суде рассматривался иск Шибаева к Парманину, из которого следует, что в 2014 году Парманин взял в долг у компании Starteck Marine Ltd. И только в 2018 году указанная компания переуступила свой долг Шибаеву».

Тайна совещательной комнаты

— Всем все понятно? — спросила всех председательствующая апелляционной тройки судья Алексеева, разъяснив права сторонам: что права у них такие же, как и в первой инстанции, только нельзя приобщать дополнительные доказательства, если не доказать, что раньше их представить было никак невозможно. Всем было все понятно, и судья предложила заявлять ходатайства. 

— Прошу суд перейти к рассмотрению дела по правилам первой инстанции, — встал с места адвокат ООО «Мегаполис» Илья Кавинский. 

— А какие у вас основания для этого? — удивилась судья. 

— Мы полагаем, что в данном случае имело место нарушение тайны совещательной комнаты. Суд первой инстанции на 2-й странице решения сослался на договоры займа №22 и 23 от 1 июля 2014 года. В материалах дела этих договоров нет. Более того, даже упоминания реквизитов этих договоров нет ни в одном документе или даже протоколе заседаний по этому делу...

— Давайте ближе к тайне совещательной комнаты, — оборвала адвоката судья. —Тайна совещательной комнаты это означает, что судья, удалившись в совещательную комнату, тем не менее, с кем-то общался. 

— Да. Мы полагаем, что на момент изготовления мотивировочной части решения суд с кем-то общался и получал эти материалы, потому что иного объяснения, как эти реквизиты документов, отсутствующих в материалах дела, появились в решении, быть не может. 

— Правильно ли я понимаю, что каких-либо доказательств, свидетельствующих, что тайна совещательной комнаты была нарушена, у вас нет?

— Уважаемый суд, у нас нет доказательств, с кем конкретно общался суд и как конкретно он получал эти реквизиты. Мы не оперативно-розыскной орган, у нас и не может быть этих доказательств. Но сами материалы дела...

— Вы просто подозреваете.

— У нас есть достаточные разумные основания полагать, что в данном случае была нарушена тайна совещательной комнаты. Иного логичного объяснения, как они оказались в решении, нет.

Обсуждение заявленного ходатайства заняло минуту: представляющий Виктора Шибаева адвокат Геннадий Попов просто сказал, что не видит оснований, и суд отказал в удовлетворении. Потому что нет доказательств. Тогда адвокат Кавинский заявил второе ходатайство — о приобщении к делу дополнительных материалов, которых у ответчика не было на момент рассмотрения дела в первой инстанции.

— Это платежные поручения, по которым два векселя из четырех были погашены: один полностью, второй частично. Генеральный директор общества не узнал об этом вовремя в результате сговора между главным бухгалтером общества Шибаевой, ее братом-истцом и Парманиным. Мы их получили уже после вынесения решения, 9 октября 2019 года, и поэтому не могли представить в суд первой инстанции. Эти документы однозначно доказывают, что решение суда первой инстанции в любом случае неправильное, потому что два векселя погашены. Более того, эти документы скрывались от генерального директора ООО «Мегаполис» Романенко.

— Кем они были погашены?

— ООО «Мегаполис».

— Откуда вы получили эти документы? 

— Из банка, ваша честь. 

—Если вы говорите, что данные векселя были погашены «Мегаполисом», как об этом мог не знать руководитель компании, имеющийся сегодня в судебном заседании?

— Ваша честь, поскольку заседание проходило в 2019 году, а платежи проходили в 2013-м, я конечно-же не помнил, какие платежи мы тогда совершали. Когда я обратился к главному бухгалтеру, чтобы она подняла все документы, она мне сообщила, что все проверила, никаких платежей не было. Соответственно, доверяя главному бухгалтеру, я сообщил суду первой инстанции, что платежей не было. Затем, когда я сам сел и проверил всю бухгалтерскую документацию общества с 2010 года, я обнаружил, что в 2013 году нами были сделаны указанные платежи. 

— То есть, вы хотите сказать, что сумма иска должна быть уменьшена на два векселя, так?

— Тут две цели, — вмешался адвокат ответчика. — Если суд сочтет, что истец действовал добросовестно, то как минимум уменьшить сумму взыскания. Потому что обязательства были погашены, и двойное взыскание приведет к неосновательному обогащению. С другой стороны, мы ссылаемся на недобросовестность истца и необходимость исследовать всю цепочку сделок и действий, в результате которых истец стал векселедержателем. 

— Итак, вы просите приобщить платежные поручения...

—Не только, уважаемый суд. Мы также просим приобщить документы, подтверждающие, что мы обратились в правоохранительные органы по факту кражи у нас векселей. А также приобщить решение суда, которым установлено, что господин Парманин занимается подделкой документов. Что также свидетельствует в целом о недобросовестности противоположной стороны. Это решение было изготовлено после вынесения решения суда по данному делу. 

— Какое оно имеет отношение к данному делу? Только как доказательство недобросовестности в других случаях?

— Как доказательство недобросовестности вообще и необходимости исследовать его добросовестность в данном случае.

Слово получил адвокат Шибаева Попов. 

— Я считаю, что ответчик не представил доказательств невозможности представления этих документов в первой инстанции... — начал он, но судья его оборвала:

— Давайте исходить из того, что, если эти документы имели место, то они имеют существенное значение для разрешения спора. 

— Именно в связи с этим я хотел бы воспользоваться своим правом на ознакомление с ними и выработку позиции по ним. Поскольку я увидел эту документацию только в данном судебном заседании. 

— К сожалению, судебная коллегия поставлена в такую же ситуацию, — резюмировала судья и отложила заседание на 18 марта. При этом она отклонила ходатайство о приобщении к делу решения Всеволожского суда по другому делу «о неких отношениях между Парманиным и ООО «Мегаполис» заемных».

Неудобная экспертиза

«Я их еще не смотрел, — прокомментировал после суда новые документы, поступившие от ответчика, адвокат истца Геннадий Попов. — Но, думаю, это хорошее доказательство. Хотя... я еще не решил, возможно, я буду настаивать на том, что ответчик не предоставил убедительные доказательства того, что он не имел возможности представить данные доказательства в суде первой инстанции.  А может и не буду возражать против приобщения».

Упомянутое в отклоненном ходатайстве решение Всеволожского районного суда было вынесено в декабре 2019 года по иску Александра Парманина к «Мегаполису» о взыскании 1,5 млн евро задолженности по договору займа от 2011 года и еще 1,3 млн евро пеней и процентов. Парманин в своем иске утверждал, что оплатил за «Мегаполис» указанную сумму по контракту на поставку технологического оборудования для аэротрубы с немецкой фирмой Indoor Skydriving Germany Gmbh. 

Парманин предоставил в суд письмо от 2011 года (в котором Романенко просит оплатить займ напрямую на счет немецкого производителя), якобы подписанное Романенко, и дополнительное соглашение к договору займа. В допсоглашении Срок займа продлевался до 2017 года, что давало Парманину возможность уложиться в срок исковых требований.

Проведенная в рамках дела судебная экспертиза выявила, что подписи и печати на самом договоре займа настоящие. А вот на письме от 2011 года и дополнительном соглашении от 2014 года печать поставлена не ранее 2018 года. На этом основании суд отказал в иске в связи с истечением сроков давности. Сейчас Парманин обжалует это решение в апелляции (заседание назначено на 12 марта). 

«Парманин с 2011 года ни разу не обращался ко мне, как своему партнеру и генеральному директору ООО «Мегаполис» с просьбой об уплате процентов и возврате займа, — прокомментировал это дело Романенко. — Согласитесь, очень странно – человеку с 2011 года должны 1,5 млн евро, а он не просит их вернуть… и даже когда срок займа, якобы, истекает — в феврале 2017 года — никакой реакции. Хотя наш бизнес генерировал прибыль, которая делилась между акционерами, и  если бы займ реально существовал, то было бы вполне логично, прежде чем делить прибыль – погасить займ. И только в декабре 2018 он решает обратиться в суд».

__________________________

Материалы на эту же тему:

Суд закрыт, конфликт идет

Аэротрубное дело.


Предыдущая статья

Аэротрубное дело. Бывшие партнеры по бизнесу встретились в суде

Следующая статья

«Белорусский футбол — наше все». Как кризис изменил букмекерский рынок