Алина Бажулина: «Центробанк — это оперирующий хирург. И у него тоже есть свое кладбище»
Аватар пользователя Александра Конфисахор (konfisakhor@newprospect.ru)
Александра Конфисахор
16.05.2019

Алина Бажулина приступила к обязанностям управляющего филиала АКБ «ФОРА-БАНК» в Петербурге в конце апреля. О том, как планируется развивать кредитное учреждение и что происходит на банковском рынке, она рассказала в интервью «Новому проспекту».

Группа «Ташир», в которую входит банк, не работает в Петербурге. В связи с этим есть сложности по развитию клиентской базы?

—  У банка в общем-то своя жизнь, и мы позиционируем себя как рыночный банк, основной задачей которого является привлечение и обслуживание компаний разных масштабов, отраслей и принадлежащих различным владельцам. В Северо-Западный регион мы не приходили вместе с группой «Ташир» и не получили какую-то долю рынка просто за счет того, что мы компания группы. Возможно, поэтому у филиала был такой непростой и длинный путь становления. К слову, и в других регионах присутствия ФОРА-БАНКа аналогичная стратегия: филиалы позиционируют себя как рыночные подразделения, а не как компании группы.

Наличие у собственника бизнеса в регионе, конечно, очень облегчает вхождение банка в новый рынок. Даже не видя своей целью «сесть» на каких-то ключевых клиентов, всегда от этих ключевых клиентов можно начать двигаться. Когда базируешься на трех-четырех якорных клиентах в регионе, которые к тебе тяготеют, потом можешь начать работать с их контрагентами, с их партнерами, с их контактами. Это хорошее подспорье для старта. Так всегда проще.

Но надо понимать, что все банки, связанные с промышленными группами, находятся под пристальным вниманием Центробанка. Потому что всегда есть риск, что промышленная группа начнет использовать банк в своих интересах. По этой причине проверки ЦБ всегда жесткие. С одной стороны, это очень энергозатратный процесс. С другой стороны, он несет в себе бесценный опыт, позволяет совершенствовать банковские процедуры, к примеру, применяемые при анализе клиента, минимизировать риски и всегда идти в ногу со временем и требованиями надзорных органов. Если раньше казалось, что нам сложнее, то теперь, когда для всех банков применяются одинаковые правила регулирования, мы понимаем, что ФОРА-БАНК имеет преимущества в том, что мы-то к такой жизни уже привыкли.

Почему банк слабо представлен в Петербурге?  Какие планы по развитию на этот год?

— Во-первых, мы открываем офис в Центральном районе Петербурга, головное подразделение филиала будет располагаться теперь на Литейном проспекте. Очень важно, чтобы офис соответствовал той позиции, которую банк занимает на рынке. В планах на 2019 год открытие до пяти розничных точек, уже определено несколько локаций. Сейчас у нас действует всего два подразделения в регионе.

С момента своего открытия филиал развивался довольно неровно. Собственно, только спустя 3 года после начала работы была достигнута сильная положительная динамика. Но масштабы бизнеса в регионе были несопоставимы с бизнесом банка в целом по России. ФОРА-БАНК имеет развитую сеть офисов в Москве, он известен в Калуге и на юге России. Однако в Северо-Западном регионе ФОРА-БАНК ранее занимал нишевую позицию. Руководство банка поставило задачу избавиться от этой тенденции и стать сильным игроком на местном рынке.

В 2017 году филиал был стабилизирован, сформирован базовый кредитный портфель, портфель клиентов и базовая доходность бизнеса. А в 2018 году филиал уже, что называется, «выстрелил», резко нарастив все показатели, и мы уверены, что эта тенденция будет развиваться и в 2019 году.

Кстати, в 2018 году «выстрелила» в том числе история с банковскими гарантиями, которые теперь являются востребованным продуктом. Раньше гарантии клиенты предпочитали получать в региональных банках, которые быстрее принимали решения. В крупных банках, где головной офис удален, процедуры часто затянуты, отсутствует гибкий подход к клиентам, а в связи с этим — большой процент отказов.

Сейчас региональные банки вынуждены проводить такую же жесткую политику, как и московские, за счет этого сроки рассмотрения заявок у них несколько замедлились. Это дало ФОРА-БАНКу возможность отвоевать долю рынка именно по банковским гарантиям, портфель филиала по гарантиям на сегодняшний день приближается к отметке в 1 млрд рублей. Мы привлекли пул хороших клиентов и оказываем эту услугу уже на потоке. По скорости мы сейчас нисколько не уступаем региональным банкам.

Рынок сейчас очень сильно поделен, и цели этот рынок поразить и потрясти никто не ставит. Ставится задача роста доходности и развития клиентской базы, кредитного портфеля. Причем рост мы измеряем относительно самих себя: увеличить показатель в 2 - 5 раз, повысить узнаваемость банка. ФОРА-БАНК сейчас гораздо лучше знают в регионе, чем 2 года назад. Мы не ставим сверхзадач относительно рынка.

С какими результатами в Петербурге вы закончили прошлый год?

— ФОРА-БАНК сумел использовать ту фору, которая появилась в связи с уходом многих небольших региональных банков. Соответственно, мы смогли в 2018 году нарастить качественный кредитный портфель, увеличив его в несколько раз, выдать много  банковских гарантий, получить хороший комиссионный доход, существенно расширить клиентскую базу. На 1 января 2019 года ФОРА-БАНК по основным показателям вошел в первую сотню: по валюте баланса занял 100-е место, по активам 99-е, по капиталу 98-е.

Какова у вас доля корпоративных клиентов?

—  Подавляющая — около 80%, может быть, даже больше. Причем это преимущественно компании, относящиеся к среднему бизнесу, средняя сумма кредита от 50 млн до 80 млн рублей, есть кредиты больше, есть меньше. Но в целом это дает достаточно диверсифицированный портфель — и по количеству заемщиков, и по отраслям. Хотя масштабы банка позволяют кредитовать в гораздо больших объемах, лимит на одного заемщика у нас более 1,5 млрд рублей, что уже может быть интересно и представителям крупного бизнеса.

В 2019 году мы планируем нарастить портфель еще минимум в 2 раза.  По итогам прошлого года филиал получил чистую прибыль около 80 млн рублей. В прошлом году мы сосредоточились в первую очередь на работе с корпоративными клиентами, которая дает наибольшую отдачу в относительно короткие сроки. Но одна из наших задач сегодня — развитие розничных продуктов, потому что именно это позволяет повысить узнаваемость банка, увеличить комиссионный доход, укрепить позиции на банковском рынке с помощью предоставления широкого и диверсифицированного спектра банковских услуг как для физических, так и юридических лиц.

За счет чего вы планируете конкурировать в рознице?

— Наш банк очень активен на рынке валютнообменных операций и денежных переводов. В этом сегменте политика ЦБ сейчас наиболее жесткая, надзорный орган строго следит за соблюдением требований ФЗ-115. Здесь у ФОРА-БАНКа сильные позиции, так как банк всегда щепетильно относился к соблюдению законодательства, не допускал нарушений и сейчас, когда некоторые банки пытаются перестроиться под текущие реалии, нам не приходится делать ничего нового, мы просто обслуживаем клиентов, при этом предлагая выгодные курсы и гибкие тарифы.

Раньше на рынке были определенные банки, которые открывали «розничные» точки, обслуживающие клиентов, заинтересованных исключительно в обмене валюты. Часто случалось, что после отзыва лицензии у банка, которому принадлежал какой-либо популярный офис, подразделение быстро открывалось уже под другой вывеской, при этом даже кадровый состав сотрудников не менялся. По сути, данные офисы — обменники, они просто работали «под лицензией» банка, но реально их управлением занимались сторонние люди. Безусловно, в этих офисах могли происходить удивительные вещи: например, многие операции не оформлялись, идентификация клиентов не осуществлялась должным образом, операции оформлялись на третьих лиц без их присутствия. Среди банков, у которых были отозваны лицензии, огромная часть именно таких игроков.

Сейчас политика ЦБ настолько жесткая, что касается всего, даже форматов размещения курса валют — с конца мая текущего года будет действовать запрет на уличные табло курсов валют. Это усложнит задачу по привлечению клиентов. Теперь основным способом продажи такой услуги станут навигационные вывески внутри помещений офисов банков и поддержание актуальной информации о курсах он-лайн. Теперь все банки априори в равных условиях.

Какая у вас сейчас текущая операционная рентабельность?

— Мы не оперируем этим понятием по одной простой причине: филиал банка не является самостоятельным юридическим лицом. Операционную рентабельность нельзя посчитать в масштабах филиала, ее можно посчитать только в масштабах банка. Я оперирую другими показателями успешности.

Преимущественно так называемыми количественными показателями, прежде всего это величина кредитного и депозитного портфеля, портфеля банковских гарантий, объема совершенных переводов и т.д. В части ключевых показателей я отслеживаю доходность каждого продукта и, безусловно, суммарную прибыль (доходы минус расходы) в разрезе филиала.

Несколько лет назад Центробанк начал политику ужесточения правил игры, и банковский рынок сильно сократился. Не останется ли у нас в итоге несколько крупных федеральных региональных банков и, может быть, парочка региональных для декорации?

— Я считаю, что рынок сейчас стандартизируется, и банки, которые к этому не готовы, уходят, и они будут уходить и дальше. Но есть и те игроки, которые принимают новые правила, отказываясь от обслуживания высокорисковых клиентов, ставя на первое место не сиюминутную прибыль,  а репутацию. Такие банки оперативно реагируют на все законодательные нововведения и целенаправленно переформатируют свою работу под требования ЦБ, чтобы не попадать в зону риска. Да, такой подход требует ресурсов и умения видеть долгосрочную перспективу, и этот вопрос встает уже перед акционером.

В наше время у банка должен быть сильный акционер, который умеет расставлять правильно приоритеты и не стремится к получению ошеломительных финансовых результатов за счет крайне рискованной политики, а напротив, следует четкому плану, позволяющему поступательно наращивать показатели. Который готов инвестировать в свой банк, рассматривая его как долгосрочный проект.

Банк сейчас далеко не самый лакомый инструмент для извлечения моментальной прибыли. Если акционер, привыкший в тучные времена получать от банка хороший доход, желает сохранить объем поступлений любой ценой и настраивает на это топ-менеджмент, это чревато негативными последствиями, которые мы и наблюдаем в виде череды банков с отозванными лицензиями. Если же акционер хорошо осознает, что происходит на банковском рынке, почему сейчас необходима сдержанная и разумная модель ведения банковского бизнеса, если он отдает себе отчет в том, зачем нужно оперативно реагировать на требования ЦБ, даже отказываясь от каких-то понятных для него доходов, если он понимает, зачем он эти расходы несет — то его банк выживет и займёт своё достойное место на обновлённом банковском рынке.

Можно как угодно относиться к той политике, которую проводит Центральный банк, но она, на мой взгляд, четкая и последовательная. И она приводит к тому, что те банки, которые остаются на рынке, становятся более прозрачными. То есть ЦБ своей цели достигает, какими методами — это вопрос вторичный. Глобально я воспринимаю происходящее в банковском сегменте позитивно, ну а локально каждый банк переживает как может свою трансформацию или даже свою бурю.

Я не думаю, что нас ждёт какое-то резкое закручивание гаек или большой объем отзывов лицензий в текущем году. Мне кажется, что это скорее будут штучные истории, причем оправданные и понятные, поскольку, на мой взгляд, основная чистка уже закончена. Можно дискутировать на тему, все ли попавшие под чистку были достойны своей участи, но это уже случилось, осталось 478 банков.

Важно отметить, что на банки сейчас возлагается очень большой объем функций, которые нужны государству. Цель банка, как коммерческой структуры — извлечение прибыли, но, тем не менее, государство обязывает его осуществлять и так называемые «надзорные» функции. И банк принимает эти условия, усиливает нужные направления, понимая, зачем он это делает. Если банк выполняет требования и задачи, поставленные перед ним государством, несмотря на то, что это ведет к росту расходов и снижению нормы прибыли, вероятность того, что он сможет преодолеть все негативные тренды, у него несомненно выше.

И собственники, и участники рынка воспринимают многие истории с отзывами лицензий как элемент давления на бизнес.

— Центробанк свой инструментарий по взаимодействию с банками нарабатывает в том числе и в ходе работы с ними. Говорят, что у каждого хирурга есть свое кладбище. Можно предположить, что и у ЦБ тоже есть кладбище, как у оперирующего хирурга. Сейчас ЦБ очевидно ведёт себя осторожнее, количество отзывов лицензий уже не так велико. И, если банки теряют лицензии, то понятно, почему это произошло. Есть масса примеров, когда приходил ЦБ и понимал, что ряд компаний создан непосредственно перед бесславным финалом банка и на счета этих компаний выведены деньги, создана «дыра» в балансе банка, а реальная сумма активов не соответствует размеру пассивов.

Мне трудно судить обо всех отзывах, возможно, и были ситуации, когда надзорный орган вел себя слишком жестко с банками, которые можно было вернуть к нормальной деятельности. Однако сейчас, как я вижу, позиция ЦБ такова: должны остаться только сильные универсальные банки, то есть банки, предоставляющие весь спектр банковских услуг и стоящие «крепко на ногах». Если банк тяготеет к какой-то узкопрофильной модели, не развивается, с трудом перестраивается под текущие реалии рынка, то к таким ЦБ походит со всей строгостью.  

Акционеров в таких случаях подводит излишняя уверенность в своих силах. Люди, которые сейчас находятся в рамках уголовных и административных расследований, вероятно, не предполагали, что их ждёт такой финал. Это касается не только собственников банка, но и его топ-менеджеров. Когда ты занимаешься кредитованием каждый день на протяжении многих лет, для тебя это рутиннный процесс анализа и оценки заёмщиков. И о том, что этот процесс впоследствии может быть рассмотрен под уголовным углом зрения, большинство специалистов не задумывается. Будь они дальновиднее и осторожнее в принятии решении, некоторые сделки, возможно, не состоялись бы. Некое снижение планки риска у людей происходит тогда, когда банк кредитует много, выдаёт сложно структурированные кредиты. Глаз замыливается, начинает казаться, что небольшие процедурные нарушения не несут существенного риска, а на самом деле ничто в жизни не остается незамеченным, все оставляет следы и большие проблемы рождаются из мелочей. Если ты на что-то закрываешь глаза, это может привести к негативным последствиям.

ЦБ сейчас очень жестко себя ведет по отношению к топ-менеджерам банков. Сейчас, работая топ-менеджером и проходя согласования в ЦБ, ты должен понимать, что принятое тобой решение при оперативном управлении деятельностью филиала банка может отразиться и на твоей репутации, и на дальнейшей профессиональной деятельности. По сути, оступившись один раз, ты можешь навсегда забыть о банковской карьере. ЦБ сейчас пытается методами разнонаправленного контроля усилить прозрачность системы, в том числе и методами давления на топ-менеджмент, чтобы руководители понимали последствия своих поступков. Дисквалификация может быть применена к топ-менеджеру даже через год после ухода из банка, если в течение этого года у банка была отозвана лицензия. ЦБ пытается пролонгировать действие, чтобы нельзя было выдать какой-то «невозвратный» кредит, уволиться и сделать вид, что ты не при делах. ЦБ сейчас, точно так же, как с банками, пробует разные рычаги и с менеджментом, чтобы найти те методы, которые позволят сделать банковскую систему более защищенной, прозрачной и эффективной. Может быть, кто-то и пострадал зря. Думаю, в черных списках довольно много людей, которые на самом деле пострадали просто по закону больших чисел. Конечно, существует процедура реабилитации, но мне сложно оценить, насколько она эффективна.

В итоге какая в отрасли сейчас ситуация с кадрами? Хватает топ-менеджеров?

— Хороших топ-менеджеров не хватает всегда, их много не бывает. Если раньше в банковскую сферу можно было прийти разными путями, то сейчас это уже рынок профессионалов. Среди тех, кто сегодня в топ-менеджменте, практически не осталось случайных людей. Банковские топ-менеджеры хорошо понимают ту меру ответственности, которую они несут, те риски, которые они на себя принимают, и оказаться на топовой позиции в банке только «по знакомству» сейчас почти невозможно. Во-первых, нужно иметь безупречную репутацию, иначе ЦБ просто не пропустит соискателя, во-вторых — обладать широким спектром компетенций.

На рынке сейчас дефицит высоквалифицированных руководящих кадров, это мы можем наблюдать по новостям в банковском мире — на топовых должностях чаще всего встречаются одни и те же фамилии, это объясняется тем, что эффективных менеджеров очень ценят и банки-конкуренты делают все, чтобы переманить их в свою кредитную организацию.  

Справка «Нового проспекта»:

АКБ «ФОРА-БАНК» (АО) — универсальный коммерческий банк, основанный в 1992 году. Входит в группу «Ташир». Банк обслуживает более 30 тысяч предприятий самых разных отраслей экономики. Головной офис организации находится в Москве. Сеть присутствия банка насчитывает 7 филиалов, 54 дополнительных офиса, 32 операционные кассы вне кассового узла и 17 операционных офисов на территории РФ. ФОРА-БАНК по ряду показателей входит в сотню крупнейших российских банков.